Алексей ошеломленно потряс головой. Похоже, «Пытливый взор» вытаскивал из души самые потаенные воспоминания, оставившие на душе глубокие шрамы. Погружаться с головой в проблемы парня, который, судя по потенциалу, мог с легкостью стать Повелителем огня, не было никакого желания, поэтому Алексей прищурился, словно это могло помочь ему не проваливаться далеко в воспоминания, и снова взглянул на студиоза.
Из всех обрывков воспоминаний теплом повеяло именно от последней фразы. В остальных же сквозили усталость, раздражение, недовольство. Зацепившись за последнюю реплику, Алексей потянулся к ней и увидел мастера Килиба, который с верой в глазах смотрел на неуклюжего огневика.
«Интересно… – подумал Алексей, – знакомый почерк. Природную расхлябанность и невнимательность кто-то усилил до такой степени, что одаренный парень считает себя неудачником и аутсайдером… Ну-ка, ну-ка… Трехгодичная закладка! Серьезно?! Нет, ее, конечно, обновляли, это видно по свежим заплаткам, но… это значит только одно. Этот чертов мозгоправ или старшекурсник, или преподаватель!»
– Алексей! – голос Торсуна вырвал Имперского мага из мысленных умозаключений. – тащи его сюда!
– Конечно, Мастер.
Механически доставив обожженного огневика к наполненной каким-то зеленым киселем ванне, Алексей аккуратно погрузил его в салатовую субстанцию, и, решившись, бросил на Сату еще один Пытливый взгляд.
Вынырнув из наполненного болью воспоминанья, Алексей сглотнул.
«Неужели этот парень чувствовал всю эту боль, пока плавал в кипятке? Ведь он же был без сознания?»
– Что увидел? – от Олгена Торсуна не укрылись действия Алексея. – Да выкладывай, парень, я примерно представляю, как действуют твои навыки. Довелось как-то столкнуться с одним инквизитором…
Алексей внимательно посмотрел на стоящего перед ним мага и, кивнув сам себе, активировал Эмпатию и медленно проговорил:
– Там была какая-то глиняная чашка с отколотой ручкой, из-за которой он и попал в ловушку с Огненной водой.
– Огненная вода? – нахмурился целитель. Судя по его эмоциональному отклику, он действительно не знал о таком заклинании.
– Хитрое плетение, не позволяющее потушить огонь водой. Кровь превращается в жидкий огонь, – охотно объяснил Алексей.
– И как с ним справитья?
– Понять, что ты и есть вода, – пожал плечами Алексей. – а уж с огнем маг Огня должен найти общий язык.
– Ясно, – покачал головой целитель. – Он, кстати, нас слышит.
– Я знаю, – кивнул Алексей и неожиданно спросил. – Мастер Торсун, а вы знаете, что у Саты стоит ментальная закладка на косорукость?
Непонимание, недоумение, удивление, ярость. В искренности захлестнувших целителя эмоций сомневаться не приходилось.
– Кто?! – прорычал побагровевший Торсун.
– Вот это я и должен узнать за оставшиеся… 23 часа, – невесело улыбнулся Алексей, – и я надеюсь, вы мне поможете.
– Алексей, вы можете располагать мной, – церемониально поклонился Олген Торсун. – Только дайте мне закончить с Сатой и… – целитель посмотрел на лежащих на койках студиозов, – …проверить состояние остальных учеников.
– Ах да, – вспомнил Алексей, – лежащий в ванне студиоз – потенциальный если уж не Повелитель Огня, то Пиромант точно. Только я пока не стал трогать его ментальные закладки, думаю, тут нужно дождаться решения ректора.
– Правильная мысль, – покачал головой Торсун и перевел взгляд на находящегося в зеленой жиже студиоза, – поправляйся Сата! У тебя появился шанс доказать всей академии, что Мастер Килиб не ошибся.
Алексей тактично отошел от био-ванны, а потом и вовсе прошел к столу, где и решил подождать целителя. Усевшись в удобное плетеное кресло, он взял в руки ручку, пододвинул к себе лист расчерченной бумаги и добавил еще одно имя:
«Доброжелательный, приятный в общении. Единственный, кто поддержал этого огневика в тяжелую минуту. Его уроки проходят на этих чертовых полосах препятствий, на которых оказывается мощнейшее ментальное давление! Имеет доступ практически к любому студиозу. Достаточно сделать так, чтобы ученик получил наряд на кухню… Идеальное прикрытие для менталиста».
Набросав на листе пару скупых строк со своими умозаключениями, Алексей удовлетворенно кивнул и поднял глаза на подошедшего Олгена Торсуна.
Целитель закончил обход своих пациентов и сейчас стоял у стола с подносом, на котором паром исходил чайник и две кружки с блюдцами.
