Вокруг проступил другой мир. Настоящий. Линда с ребятами очутились в каком-то пустом складском помещении, посреди которого возвышался один-единственный книжный шкаф. Другой мебели не было. На полках стояли книги, а один том лежал на полу. Все они дымились и тлели. Линда растерянно завертела головой, не понимая, куда они попали.
– Мы в библиотеке, – изумленно ахнул друг Брэда. – В специальном хранилище.
– Вот они. – Майла испуганно ткнула пальцем в книгу на полу.
Из-под ее обложки струился черный дым.
Линда по-прежнему держала в руках спички. Она подошла к книге, поддела носком обложку. Та отлетела в сторону, пустые белые страницы внутри затлели веселее. Линда присела, сунула головки спичек в огонек и, как только они вспыхнули, бросила их на книгу.
Противопожарной системы в хранилище не было. Ответственная часть Линдиной души возмутилась: «
Приятель Брэда распахнул дверь, ребята, кашляя, выскочили из комнаты. Линда еще подождала немного, прикрывая нос и рот руками, полюбовалась горящей книгой и, убедившись, что огонь не выплеснется наружу, тоже вышла.
Закрыла двери, повернулась к ученикам и с улыбкой спросила у друга Брэда:
– Тебя зовут?..
– Эд, – подсказал тот.
– Спасибо, Эд. Всем вам спасибо.
– Она умерла, как думаете? – Майла кивнула на закрытые двери.
– Да, – кивнула она. – Думаю, умерла.
Линда вдохнула полной грудью.
– А теперь давайте найдем телефон и позвоним пожарным, пока тут все не сгорело.
Чтобы привести дела в порядок, понадобилось больше недели. Считалось, что Джоди Хоукс исчезла, прихватив с собой школьную казну – несколько сотен тысяч долларов. Этого было достаточно, чтобы окружное управление аннулировало независимый статус Тайлера и вернуло школу под свой контроль.
После Джоди, рассуждала Линда, даже оголтелые фундаменталисты выглядели ангелами.
К тому же на носу были новые выборы.
Джанет Фрателли тоже пропала, и ее местонахождение осталось загадкой. Кабинет библиотекарши стоял пустой, без единой личной вещи. Никто не знал, куда и почему уехала миссис Фрателли.
Бобби Эванс обнаружили мертвой в кабинете Джоди. Она наложила на себя руки. Статья в окружной газете «Ориндж каунти реджистер» и некролог в местной «Санта-Мара сентинел», не сговариваясь, назвали Бобби не административным координатором, а секретарем. То была жестокая ирония судьбы.
Жизнь в школе постепенно налаживалась. Несколько преподавателей ушли сами, еще нескольких уволили, и порой казалось, что подменных учителей в школе больше, чем постоянных. Окружное управление всеми правдами и неправдами уговорило бывшего директора Тайлера на время выйти из отставки и вернуться на пост. Он не только упразднил организацию скаутов, но и затеял расследование – чтобы установить, кого из бывших активистов следует отстранить от занятий, а кого отчислить.
Линду с Дианой и других учителей усиленно допрашивали по поводу событий в Тайлере – событий не только последнего дня, но и предыдущих недель. Хотя никто заранее не договаривался о том, какие именно показания давать, показания эти, видимо, не слишком разнились, поскольку все прошло гладко.
Было бы непросто рассказывать о призраках, движущихся тенях и прочей чертовщине сотрудникам правоохранительных органов и чиновникам из управления, поэтому Линда ограничилась простым и четким изложением, без всякой мистики. Впрочем, кое о чем Линда упомянула – о пропавших учениках и преподавателях. После увиденного в призрачной школе Линда сомневалась, что кого-нибудь из них отыщут, однако не сообщить властям она не могла – а вдруг?
Брэд, Майла и Эд поведали ей о своих изысканиях. Линду приятно поразило умение ребят собирать факты, потрясло их знание школьной истории, описание Джона Хоукса и его академии. Сама Линда ни о чем таком не знала, и эти сведения помогли расставить по местам частички головоломки. Она пообещала переговорить с остальными преподавателями неразлучной троицы – пусть поставят друзьям дополнительные баллы. Подобные инициативы заслуживали награды.
К концу второй недели жизнь почти вошла в нормальное русло. Линда пока еще очень уставала, но уже радовалась – худшее позади.
Кошмар закончился.
Они с Фрэнком лежали, обнявшись, в постели и смотрели по телевизору передачу с Биллом Маром. Линда просунула руку под одеяло, провела ею по обнаженной груди мужа, запустила пальцы под резинку его трусов.
– Хочешь? – шепнула Линда.
– Ага, – ответил он, глядя поверх ее плеча в телевизор. – Только давай дождемся рекламы, а?
– Давай, конечно.
Линда чмокнула Фрэнка и, улыбнувшись, откинулась на подушки. Ей было хорошо и радостно.
Спокойно.
Для тех, кто хочет знать, какой могла быть жизнь в конце непройденной дороги
