Академия 3 (СИ) полностью

Меня поразил, тот факт, что на сражении пожелала присутствовать вся школа, но то, что Дом Медведя смог возвести целый Колизей менее чем за два дня, меня почему-то не сильно удивило.

Зрители? Странно. Что за психопатическое общество желает смотреть, как школьник сражается с кем-то до смерти? Это просто писец!

Время перед поединком не прошло даром. Анна основательно подготовила меня как физически, так и морально, и я уже чувствовал себя не так тревожно. Она нещадно гоняла меня по всем тренировочным площадкам, потом мы делали перерыв, и в это время Алиса и Антонина совершенствовали мои заклинания, а затем снова всё повторялось по кругу. Я почти был готов к дню «икс». Лишь одно не давало мне покоя: одно дело — разозлиться до такой степени, что хочется убить парня за то, что он приставал к Лиз, но идти в бой с холодным намерением убить человека? От таких мыслей мне было не по себе.

Песчаная площадка оказалась плотно утрамбованной. Под ботинками похрустывал песок, но ноги не увязали в нём и сцепление с поверхностью было отличным. Колизей обнесли высокой стеной, чтобы поднимающееся солнце не слепило глаза. Но всё равно нужно быть осторожным, ведь светило не стоит на месте.

Я держал трость как шпагу — набалдашник под мизинцем, а древко небрежно опиралось на плечо. Анна и Антонина напомнили мне, что у парня дерьмовый характер. Надавить на него, вывести из себя и поставить в глупое положение не составит особого труда. Поэтому напускная улыбка играла на моих губах, пока раздумывал, как это сделать.

Напротив на арене стоял сэр Артур Клеменс, одетый в пластинчатые доспехи без шлема. Густая грива топорщилась вокруг головы, и мне показалось, что с его нижней челюсти капает слюна. На одной руке висел лёгкий щит из кожи змеи, другая держала огромный клинок, свободно зажатый в руке. Рыцарь неотрывно и напряжённо смотрел на меня. Надеюсь, он не сможет учуять запах моего пота…

Директор появился во вспышке чёрного дыма и завис над центром поля боя.

— Я буду выступать в роли арбитра этой битвы. Пусть те, кто в ней участвует, сражаются с честью. Спрашиваю ещё раз: можно ли разрешить этот спор мирным путем? — голос прогремел в пространстве между слухом и мыслями. Я засунул палец в ухо и энергично зашевелил им, пытаясь разогнать эхо.

— Этот смерд умрёт от моей руки, а принцесса будет возвращена на свое законное место в этой Академии! — прорычал Артур, подняв в воздух свой клинок, и вокруг его острия засиял золотой свет.

— Ну, не знаю, по-моему, это пустая трата времени. Я готов бросить это дело, если кошечка не против, — воскликнул я настолько громко, насколько мог. Студенты, наблюдавшие за происходящим, отреагировали смехом на неуважение, которое я бросил сэру Клеменсу. Рыцарь зарычал. Да уж, разозлить его оказалось плёвым делом.

Директор поднял руку, и перчатка, казалось, поглотила свет, фигура в мантии потемнела: — Тогда начнём.

Я не стал терять времени: провёл тростью по телу — возник серебристый барьер. — Тин-ти-гале! — вспыхнул синий свет, когда мана поднялась и выплеснулась в ряд барьеров передо мной. Этому заклинанию научила Алиса: три барьера в ряд, каждый из которых усиливал тот, что стоял позади, когда первый разрушался.

Анна была права: Клеменс начал с атаки. Вокруг него вспыхнуло золото, и он метнул свой клинок вперед. Энергия толкала оружие с огромной силой и разбила первые два барьера, но третий остановил клинок. Я чувствовал бы себя гораздо спокойнее, если бы не видел огромные трещины, образовавшиеся в мане.

Провёл рукой по древку своей трости: — Ситх! Сине-белая энергия сформировала руны по всей её длине, вспыхнув, кристаллизовалось лезвие. На этом заклинание не закончилось: в моей ладони образовался сгусток багровой энергии и стёк на оружие. Оно превратилось в пульсирующий меч красной силы с белой сердцевиной.

Клеменс громко зарычал, и звук сотряс мой барьер. Рыцарь отвел назад клинок и выставил вперёд щит, пытаясь как следует замахнуться для удара. Поняв его замысел, быстро крутанулся на месте и, низко взмахнув своим мечом, нанёс косой удар по нижней части щита противника. На лицевой стороне щита змеилось сияние, но моё оружие вырезало из защитного барьера полосу стали. Это заставило Клеменса в шоке отпрыгнуть назад — он явно не ожидал, что я смогу пробить его тяжёлую броню.

— Давай, киса, киса, киса! — поддразнивая его, провёл клинком по своему запястью, чтобы показать, что мне это не приносит вреда, а отчасти потому, чтобы скрыть заклинание. Другая рука была спрятана за спиной, и я собрал в ладони сгусток сине-белой маны. Рыцарь купился на трюк, отвлёкшись на мой фокус с мечом, и зарычал от ярости.