- Другую не выдам, - зашипел Голд в сторону Эви.
- Тогда я вашу возьму! – не унималась она. – И вообще, двери запирать надо, чтобы потом не рычать на всех без повода.
- Яйца дракона не учат!
Из ушей ректора даже пар повалил.
- Господин ректор… - напомнил о себе Петерс.
- Штрафная метка. Всем троим! – заявил чешуйчатый гад и ушел, увлекая несостоявшегося преступника за собой.
Мы с Эвелиной переглянулись.
- Вот так и спасай людей, - вздохнула подруга. – Ладно, теперь я буду спать без простыни.
- Я тебе свою отдам!
- Не стоит. А дракон… К дракону я еще наведаюсь!
- Эви, у тебя уже две штрафные метки, не надо! – уговаривала я ее.
- Надо, Мелли. Надо, - решительно ответила она. – Прости, что втянула тебя в это. Стоило сначала самим допросить Петерса. Хотя, будет неплохой сюжет для газеты. «Тайный поклонник забрался не в то окно и был обезврежен». Каково, а?
- Звучит отлично, - согласилась я.
- Лему предложу. Он пишет лучше. А бессердечный ящер еще поплатится за свою черствость!
И Эви потрясла кулаком в воздухе. Я только улыбнулась. Ящер, может, и бессердечный, но он наш ректор, и ситуация действительно двусмысленная. Но у страха глаза велики: если бы мы не испугались, то думали бы головой. А значит, приняли правильное решение и уж точно не вламывались в душ хоть к дракону, хоть к мужчине.
На этом мы разошлись. Я снова лежала около часа со сборником Бертрана Борнелла в руках и наслаждалась поэзией, а за стеной слышался шум: видимо, Эви уже сочиняла обличительную статью.
На следующее утро после завтрака мы впятером собрались в комнате факультета: помещение для создания газеты нам пока не выделили, а в утренний час здесь было уютно и пусто. Эви в красках рассказывала парням о визите к дракону.
- И он как зарычит! – Подруга махала руками. – И глазами как засверкает! А потом такой: «Будете спать без простыни».
На лицах наших друзей читалось полнейшее недоумение. Лем начал тихонько хихикать, Рейн сохранял невозмутимое выражение, а Алден, кажется, спрашивал себя мысленно, как мог ввязаться в такую авантюру. И главное: что теперь с этим делать?
- Одним словом, у нас есть замечательный материал для статьи, - завершила Эви свою пламенную речь. – Поможете? И какие еще будут идеи? Этого ведь мало для целого номера студенческой газеты.
- У меня есть мысль, - тихо сказал Рейн. От него я идей по номеру не ожидала! Однако он продолжил:
- Помните, ректор Голд предложил взять интервью у студентов? Это наш шанс, потому что позволит бывать в башнях второго и третьего курсов. И если слушать внимательно, вполне можно услышать что-то полезное о покушениях. Преступник где-то рядом.
- Рейн прав, - откликнулась я. – Готова взять интервью на себя, а Эви пусть работает над заметкой о Петерсе и о буднях первого курса. И потом, мы так и не выяснили, кого же дракон посылал присматривать за нами в городе. Увы, вряд ли и выясним…
- Я с тобой, - тут же вызвался Алден. – Послужу, так сказать, раздражающим фактором, чтобы развязать языки старшекурсникам.
- А я схожу к куратору и попрошу список наиболее отличившихся в чем-то студентов старших курсов, - добавил Рейн. – Начнем с них.
На самом деле мне не очень хотелось находиться в такой близости от Алдена. Нет, мои чувства к нему не вернулись. И я простила его предательство, хоть подобное и не стоит прощать, но и искренняя дружба между нами вряд ли возможна. И все-таки отказываться от его помощи не стала. Пусть будет под присмотром. Однако закончилось все тем, что к куратору Лардену мы направились все вместе.
Несмотря на выходной день, он нашелся в своем кабинете: с головой зарылся в бумаги и пытался вычитать в них что-то полезное. И пятеро студентов в дверях его точно не порадовали.
- Снова вы, - вынес он свой вердикт. – Что натворили? Признавайтесь. Пробрались в спальню ректора? Похитили его любимую трубку? Взорвали лабораторию?
- Пока еще ничего, - робко ответила я.
- Меня радует ваше «пока еще», студентка Хелкот, - усмехнулся Ларден. – Значит, собираетесь натворить. Поделитесь со мной планами заранее, чтобы я знал, что написать в письме с соболезнованиями вашим родителям.
- Ну… - Я замялась, и на помощь пришел Рейн.
- Мы работаем над первым выпуском школьной газеты, - сказал он. – И нам нужна ваша помощь.
- Как? – Куратор даже поднялся из-за стола. – Не сжечь кого-то? Не обезвредить и связать? А помочь с выпуском газеты? Ступайте-ка в лазарет, с вами явно что-то не в порядке.
Я понимала, что он шутит, но стало почему-то обидно.
- Мы бы хотели в каждом номере размещать интервью с одним из студентов, - спокойно продолжил Рейн. Мне бы его спокойствие. – И решили попросить у вас список самых достойных. Тех, кто отличился в учебе или…
- Попросить список? – Кажется, куратор не поверил своим ушам. – Что ж… Хорошо, я его составлю. Только пообещайте, что после общения с вами студенты останутся в живых.
- Даю слово, - серьезно ответил Рейн.
- Вечером получите список смертников… то есть, студентов. А пока ступайте и постарайтесь ни во что не вляпаться по пути.
