— Хмм… действительно… как же это канонично — злодей бьется с героем в заброшенном храме! Надеюсь долбаные Арк Пикчерз снимут об этом хороший такой фильмец!
— Короче…
— КОРОЧЕ! Как я уже говорил, я давно рассуждал о природе злодеев и их месте в нашем убогом мироздании, поэтому я понял, что каждому герою нужен истинный злодей… так что вот тебе! Держи! — крикнул он и метнул Жаку циркулярную пилу.
— Эм, типа ты хочешь, чтобы я этим бился против твоего меча?
— Нет-нет, что ты! Хотя если хочешь то можешь конечно попробовать… но вообще-то я дал тебе ее для всего одной вещи.
— И какой же?
Тут ассассин жутко ухмыльнулся и приставил выхваченный из-за спины серебристый клинок к горлу Кая.
— Прежде чем биться с тобой, я должен повысить свои шансы на успех! Так что… — тут он мерзко усмехнулся заскрипев зубами от удовлетворения, после чего произнес, — отпили себе правую кисть и только тогда мы будем биться!
— ЧЕГО!?
— А ты как хотел?! Тупые злодеи бывают только в таких же тупых Вэйловских комиксах про летающих охотников в синих колготках поверх красных труханов!
— Каких-каких комиксах!?
— Неважно! А важно то, что если ты думал, что твой дружок сможет помочь тебе, то я вынужден тебя сильно разочаровать! — тут он достал мобилу и на ее экране было видео, где Меркури стоял в переулке с ногой, застрявшей в медвежьем капкане и дико орал, так как его аура мерцала, а нога кровоточила.
Ассассин нажал какую-то кнопку и Мерк начал громко кашлять и задыхаться, так как из дыры в стене начал идти какой-то газ.
— Как!?
— Хе-хе! Скажем так… я знаю секрет сплава, из которого сделан мой меч, так что сделать края лезвий капкана из него же было не такой уж и сложной задачей на самом деле! Ну а что до твоего дружка — то поздравляю! Он попался на самую банальную ловушку, какую только можно придумать!
Ассассин хлопнул себя по лбу и засмеялся.
— И вы двое считаете себя охотниками?! Да шпана вы, а не охотники! А теперь давай, пили себе руку живо или твоему дружку хана! — и в качестве доказательства своих слов он приставил клинок к горлу так, что вдоль длинных белых волос начала течь ярко красная кровь. — Мне посильнее нажать!?
— Хорошо-хорошо! Сейчас…
“Ты че удумал ушлепок!? Ну-ка бросил эту штуку в него, а потом я ему как вмажу!”
“Если я хотя бы не так шевельнусь, он убьет Кая!”
“Да пох ваще! Кто он такой этот Кай!? Ты его два дня знаешь от силы! Сдохнет — закопаем!”
“Ты это серьезно?!”
“Еще как серьезно! Подумай о себе! Ты таких как Кай еще сотню минимум встретишь, а вот рука новая не отрастет!”
“Человеческая жизнь важнее руки!”
“Ну уж нетушки! Ты уж извини, но я беру тебя под контроль!”
“Чего?! Это мое тело и я его контролирую!”
Внутри Жака развернулась страшная битва, он ощущал, что тело его не собирается слушать и что чужая воля контролирует его.
И вот уже он занес циркулярку для того, чтобы метнуть ее в сторону ассассина, но жалостный взгляд Кая придал ему сил и он издав яростный клич взял себя под контроль и со всей силы отсек себе правую кисть…
— А-А-А! — завопил Жак, упав на пол и схватившись за кровоточащую конечность, из которой алая жидкость била фонтаном.
— Хах, ха-ха-ха! — ассассин сперва не поверил в увиденное, а затем уронил меч и начал кататься по полу в приступе истерики, — я не могу в это поверить! О боги! Как этот дебил вообще умудрился дожить до этого момента!? Аха-ха-ха! Ты реально себе отфигачил кисть ради какого-то рандомного челика!?
— Отпусти его… ты обещал… — прохрипел через боль Жак.
— Ха-ха-ха! Ты че реально думал я его отпущу?! — спросил дико угарая ассассин, утирая слезу и поднимая меч с пола, — какой же ты наивный дурачок! Тебе надо было действовать несмотря ни на что! Он то в любом случае умрет, а вот ты бы с целой рукой мог бы со мной мог бы еще и помахаться и глядишь ты бы спас своего другого дружка, который походу уже надышался газа!
— Как?! Но ты ведь обещал… — сквозь слезы и боль прохрипел Жак, пытаясь сжать обрубок.
— Дебилушка! Ты кажись забыл с кем говоришь! Я ведь — злодей епта! Впрочем ладно, ты меня уже утомил, так что пора это все прекращать. У тебя был потенциал меня развеселить, но видимо только “ОН” сможет меня позабавить… — тут он подошел к Каю, который взирал на него в немом ужасе, а затем занес меч над головой и произнес на непонятном языке.
—
