Что-то внутри сжалось, будто невидимая сила резко сдавила грудь, не давая вздохнуть. Я всеми фибрами души понимала, что с Амероном нас связывает лишь подставная помолвка, которую мы рано или поздно расторгнем. Но почему тогла эта тяжесть не уходила, а только нарастала, заставляя бесконечно прокручивать в голове слова оборотницы? Амерон переспал с Эрин… С девушкой, о которой он сам говорил, что она видит в нём лишь средство достижения своих целей. С той, которую назвал чересчур амбициозной и расчётливой. И что их ничего не связывает.
Да, оборотница наговорила много громких слов. Разумеется, никакой любви между ними не было.
Но я ведь знала, что Амерон — плейбой! Его репутация ловеласа и бабника была известна всем и каждому. Но за время нашего общения я как-то забыла об этом. Он умел быть другим — искренним, внимательным, даже заботливым. И в тот день на пикнике и теперь... Теперь я понимала, что ошиблась. Он не изменился. Он всё тот же мерзавец!
— Амерон всегда ценил утончённых девушек. Настоящих, — она вскинула голову, намекая на себя, и вновь отходя к своей свите. — Я же советовала тебе не воспринимать его ухаживания всерьёз. Предупреждала, что он наиграется и бросит. Так и случилось. Деревенщины его никогда не интересовали, — она с превосходством взглянула на меня и засмеялась, довольная тем, что смогла попасть в яблочко. — Видимо, тебе можно собирать свои вещи. Твой план по охмурению наследника с треском провалился.
Я дёрнулась к оборотнице, испытывая жгучее желание задушить её голыми руками. Но Ливий с Анитой удержали меня.
Оборотница лишь поцокала языком и покачала головой. А затем притворно осуждающе взглянула на меня и ушла, заливисто смеясь и радуясь своей победе.
— Почему ты ей ничего не сказала? — спросила Анита.
Я смотрела вслед оборотнице. В голове эхом продолжали звучать её слова: «Амерон пришёл ко мне. И его страсть растопила мою обиду на него».
Сейчас мне было абсолютно всё равно на то, что оборотница вышла победительницей в нашем споре. Поэтому просто покачав головой, и не в силах ничего объяснить ребятам, я кивнула им и ушла.
Не верилось, что Амерон действительно пошёл в объятия к этой фурие. Надоело добиваться неприступную гордячку, и пошёл к той, которая всегда была готова согреть его? Не выдержал? Или это мои слова толкнули его к ней?
По какой бы причине он это не сделал, а может быть причины не было и вовсе, это уже случилось. Видимо ему надоело добиваться неприступную гордячку, и наследник пошёл к той, которая ждала его с распростёртыми обьятиями? Не выдержал? Или это мои слова толкнули его к ней?
Стараясь игнорировать поселившуюся в душе пустоту, я злилась на Амерона. Как он смел объявить меня своей невестой на всю империю и тут же побежать к другой? Даже если нас связывает лишь фальшивая помолвка! Он не должен был вести себя так! Теперь он выставил меня полной дурой! К тому же, мы прошли через ритуал! И на нас настоящие помолвочные браслеты!
Я понимала, что противоречу себе, и ожидаю от него того, чего сама никогда не смогу ему дать. Ведь я не могла не замечать его знаки внимания. Видела его интерес, но я совершенно точно не была готов к тому, что он от меня ожидал. Эта игра была слишком сложной для меня и я перестала понимать, где он играл, а где был искренен. Но я не собиралась становиться его игрушкой! И после того как отшила его, разумеется, он сделал именно то, что я в сердцах посоветовала ему сделать! Пошёл к другой!
Сейчас я была так зла на него, что появись он здесь, наверное, смогла бы разорвать его на мелкие кусочки! Вот же бабник!
Толком не успев обдумать свои действия, я пришла на занятие к ректору. Постучала в дверь, в мыслях всё ещё сжигая идеальные красные патлы на голове принца.
И когда Тирон открыл дверь, я ожидаемо оказалась не готова к встрече с ним. Лишь теперь поняв, что мне не стоило приходить. После того, что он наговорил мне на бале Сияющей ночи, и игнорировал на занятии. Это же было очевидно.
Сердце заколотилось так, что кровь тут же бросилась в голову, а его нечитаемый взгляд пронзительных глаз, заставил резко ощутить себя проваливающейся в бездонную яму.
И всё же он открыл дверь шире, и в оглушительный тишине, ничего не сказав, пропустил меня внутрь. На секунду почудилось, что меня впускают в логово монстра, а я, как глупый зверёк, сама иду к нему в лапы.
Мы прошли в гостиную, в которой уютно потрескивающий камин не мог не напоминать о тех вечерах, когда после индивидуальных занятий мы сидели рядом и разговаривали. Я вновь чётко осознала, что мне совершенно точно не стоило к нему приходить. Теперь между нами выросла высоченная стена. Но, вопреки всему, ощущение тянущего и сожалеющего чувства в груди не отпускало и сдавливало мне лёгкие.
Я повернулась к остановившемуся за моей спиной дракону, и провалилась в пучину его глубоких бордовых глаз. Он лишь смотрел, но у меня возникло ощущение, будто он раздевал меня взглядом, сжимал в руках и не выпускал.
