Сложив вестник и осторожно спрятав шкатулку, я поняла, что разговор с Сойнером меня нисколько не успокоил. Дарий…Дарий решил поймать меня на крючок! Не выйдет. Не позволю собой играть! Нехорошо было в таком настроении заявляться к Эвангелиону, поэтому я решила пройти подвалом, не без оснований полагая, что страх, охватывающий меня там, может оказаться сильнее ярости. Уже на полпути к аудитории вспомнила: я же переодеться забыла! И шла к Гейлу в новой форме и одолженных у Авидалы чулках! Просто когда она к Амону уходила, велела мне остаться во всем этом и постараться привыкнуть к новому стилю. Потом пришел вестник, и я…уже себя контролировать не могла! Вот уж точно теперь страх будет сильнее остальных чувств! Что же скажет Гейл?
Узнать ответ на этот вопрос у меня не получилось сразу. Все дело в том, что судьба распорядилась иначе, и перед занятием с некромантом устроила мне еще одно неожиданное путешествие. Нет, не на большое расстояние. А в глубину веков…
Очутилась я в полутемном кабинете–библиотеке, освещаемом небольшой лампой. Книжные стеллажи занимали пространство трех из четырех стен, напротив выхода стоял письменный стол со стопкой бумаги для вестников и магической чернильницей. Перо в руках держал сосредоточенный мужчина с начавшей серебрить виски сединой, но все еще остающийся поджарым и молодо выглядевшим совсем не по годам. Парадный мундир выдавал в нем облеченного власть человека, стать и уверенность чувствовалась в каждом движении.
Я стояла напротив стола. Только я была не я, а часть чьего–то сознания, сейчас обращенного к мужчине за столом.
– Ты что–то хотел, Идипикус? – вопросил тот, кто мгновением ранее закончил заполнение вестника и, осторожно подув на бумагу, заставил уйти по адресу.
– Все верно, мой король… – раздался в ответ второй голос, мужской, и я с удивлением поняла, что доносится он из глубин моего тела. Я оказалась внутри того, кто стоял сейчас лицом к седовласому!
– Вы обещали сократить срок моей службы после того, как я помогу в проведении ритуала, – негромко напомнил – теперь я уже могла не сомневаться в этом – маг.
– Да–да, конечно… – рассеянно отозвался мужчина за столом, затем нахмурился и, склонившись, открыл один из ящиков стола.
Произошедшее в следующее мгновение я бы, будь я свидетелем события, встретила истошным криком: метнувшийся из рук власть имущего клинок прочно вошел в грудь мага, в сознании которого я находилась. Поначалу боль не ощущалась никак, но затем мужчина с проседью горько произнес:
– Прости, Цериус, но об этом никто не должен знать. А срок твоей службы и правда подошел к концу. Покойся с миром…
И в это самое мгновение боль взорвалась в центре груди, а меня из чужого воспоминания выдернуло не самым приятным образом. Сама не знаю, как очнулась. Судорожное дыхание и темнота подвала не давали толком сосредоточиться, и лишь пришедшее извне тепло позволило прийти в себя и побороть страх. Не меня неожиданно и слишком подло пырнули кинжалом, не меня, слава жизни и смерти!
– Морин! Морин? – раздался над ухом знакомый встревоженный голос. Он–то и привел меня окончательно в реальность.
Я оказалась на скамье на коленях у стора Эвангелиона. Сам он прислонился к стене подвала и удерживал меня в достаточно сильном захвате, прижимая голову к своей груди – так, что я могла слышать неровно бьющееся сердце. Кажется, во время видения я еще и буйствовать имела честь, да? Во всяком случае, сейчас не стала скрывать от самой себя: в крепких объятиях Гейла было намного увереннее, чем без них. Но мысли все еще путались, а потому я сбивчиво ответила:
– Цериус! Его звали Цериус Идипикус, Гейл! Мага Времени звали Цериус Идипикус!
– Морин, – хватка немного ослабла, и я смогла поднять голову, чтобы посмотреть прямо в глаза преподавателя. – Я абсолютно ничего не понял. Спустился, потому что подумал, что задерживаться вы можете только в тоннеле. И уж никак не ожидал увидеть вас сидящей на полу. Что произошло?
– Я… – замялась, не зная, как рассказать Гейлу о том, что со мной случилось. – Стала вместилищем для души одного погибшего мага. Сегодня третий раз он показывал мне…видения. И сегодня я узнала, что его зовут Цериус Идипикус, Гейл! И его убили! Убили, метнув нож прямо в грудь! – я зашлась непроизвольным кашлем, и меня снова укрыли в теплых объятиях, которые я восприняла как нечто само собой разумеющееся. По успокоившемуся дыханию Гейла поняла: некромант размышляет. Вскоре предмет его дум был озвучен. – Цериус Идипикус, насколько я помню, некоторое время служил магом у водного правителя – Дюрэя Маерийского. А потом всем семи королевствам внезапно сообщили, что маг…из одного из своих путешествий не вернулся. Просто совершил прыжок во времени и исчез.
– Его убили, – уверенно сказала я. – Убили кинжалом.
