— Не совсем. Платить будут только караваны, да и плата будет небольшой. В основе своей она пойдет на дорогу, её содержание и постовую стражу. Надо же контролировать, кто проезжает через лес.
— Мне и так все видно, — хмыкаю.
— У меня нет в этом сомнений, господин Арос. И тем не менее, это так же хороший источник пассивного дохода. Вашими стараниями это место развивается, с каждым днем известность о нем будет идти все дальше. Более того, многие караванщики просто не поймут, если будут ехать по охраняемой дороге и без оплаты проезда.
— Хм…
— Я взял на себя ответственность и договорился со старостой по поводу прокладки дороги из камня. Мы собрали средства и уже наняли магов земли с бригадой строителей, как-никак самим по ней ездить.
— Ладно. Делайте. Мое одобрение вы получили, что ещё? — поворачиваюсь к Жану.
— Я хотел бы спросить, есть ли в горе каменный карьер?
— Карьера нет.
— Жаль.
— Но камень есть. Вам на дорогу вынести?
— А можно?
— Да.
— Будет просто замечательно!
— Что ещё?
— Договор.
— Как напишете, предоставите ему. — киваю на Алана. — Потом покажешь. — Алан кивнул. — На этом все?
— Да.
— Тогда, всего хорошего.
Оставив парочку договариваться, покидаю дом.
— Господин Арос! — раздался женский окрик.
«Да ёшкин хвост…»
С момента установления мира между мной и королевством Пирит прошло уже несколько месяцев. Миновала зима, приходит новое цветение, люди в деревне занимаются своими делами, меня иногда дергает Алан, сам же занимаюсь в Академии.
Однако дальше терпеть у меня уже не было сил. Так и не придумав, что сказать ребятам, решил пойти от обратного, разыграть как есть. Поэтому, в один из вечеров, после очередных занятий, я решил сделать небольшое объявление:
— Так, минуточку тишины! — грозно говорю, заставляя ребят затихнуть. Все тут же превращаются в слух. — Вы уже достаточно давно в академии, а посему, я решил открыть перед вами одну из самых больших тайн!
— О-о-о-о, а-а-а-а, — раздалось с разных сторон.
— Но завтра.
— А-а-а-а!
— Учи-и-и-те-е-е-ель!
— Ну пожа-а-а-луйста!
— Нет.
— Но что это за тайна?
— Расскажите, ну Учитель…
— Сегодня — спать, — отрезаю. — И чем быстрее заснете, тем быстрее узнаете, что же я приготовил.
— А я быстрее всех засну! — воскликнул Май, прыгая на кровати.
— Ну-ну, — поставив локоть на подлокотник кресла, снисходительно смотрю на парня.
— А я знаю, я знаю, что за секрет! — воскликнул Сарос.
— Что, какой, расскажи!
— Учитель хочет ещё чему-то особому нас научить!
— Нет. Показать. — флегматично поправляю, наблюдая за реакцией. На миг ребята застыли изваяниями, переваривая услышанное, а затем взорвались с новой силой, но мое короткое: — Спать. — поставило точку во всех спорах. Как только все забрались в кровати, выключаю щелчком пальцев свет и покидаю комнату.
— Все-таки решил?
— Да. Сил мочи нет терпеть дальше, — разминаю плечо. — Ещё немного, и с ума начну сходить.
— Понимаю. Идем?
— Пойдем.
В компании Марии выхожу на улицу, во внешний двор академии. Мария встала в сторонке, я прошел в центр. Несколько секунд, и облики меняются. Человек исчез в черном непроглядном вихре, а на его месте появился огромный дракон.
«О-о-о-о-о… блаженство», — проносится мысль, стоило вернуть привычное тело. Словно гора с плеч… Какое же это наслаждение, расправить лапы, крылья и хвост. Потянувшись, разминаю каждую косточку. Затем потягиваюсь другими лапами, медленно, растягивая удовольствие и ловя ушами каждый хруст. Под конец расправляю крылья и делаю ими гимнастику… «О-о-о-о, боги, как же хорошо, кто бы знал».
В процессе разминки хвост просто не находил себе места, виляя из одной стороны в другую… кайф… какой же кайф… аж легкие приятные судороги сводят, а по телу разливается тепло.
— У тебя на морде написано, как ты балдеешь, — съехидничала Мария.
— Ты даже себе не представляешь, — опустившись брюхом на камень, раскидываю лапы в стороны, — это просто блаженство… — полуприкрыв глаза, чувствую прохладу камня… Ещё бы кто пузико почесал, большего не прошу, но увы.
— Хи. Я так понимаю, в ближайшие дни ты обратно не обернешься?
— Не-до-ждё-тесь! — медленно, полушепотом отвечаю по слогам.
— А как же деревенские?
— Если понадобится, ты и прогуляешься. А я немножко поленюсь.
— Дня три?
— Четыре.
— А лучше пять.
— Вот-вот, ты прекрасно меня понимаешь.
Мария рассмеялась. Громко, заливисто, до слез. Подойдя к морде, она обнимает и трется щекой о чешую.
— И все-таки, мне намного больше нравится, когда ты в этом облике. Я так люблю эту черную чешую… — она провела ладошкой, — она такая приятная на ощупь.
— Хех.
— Я сразу вспоминаю день нашего знакомства.
— А ты помнишь?
— Да. Ты смотрел на меня сверху вниз, и в этом взгляде не было ничего, что меня бы испугало. Только любопытство, толика жалости и доброта.
— Да…
— Спасибо тебе.
— М?
— Спасибо, что выбрал меня тогда. Что помог, — она потерлась щекой о чешую.
— Мари, ты чего?
— Да так… вспомнила просто.
— Эх, вы, мелкие, — вздыхаю, и беру девушку в лапу. Мария улыбалась, а по её щеке побежал слеза. — Ну и чего ты?
— Да так, — она пожала плечами, — говорю же, вспомнила прошлое.
