— Не совсем так, — ответил девушке Плассикс. — Мы не можем самоустраниться, не можем и позволить себе стать совершенно бесполезными. Мы обязаны перегруппироваться и найти такую ситуацию, при которой нам будет позволено исполнять какие-либо разумные обязанности до тех пор, пока не иссякнет наш запас прочности. Наше программирование таково, что обязывает нас служить людям. Поэтому мы надеемся, что нам удастся разыскать в Галактике некую зону, где люди позволят нам служить им. Наверняка такие места должны существовать.
— А если Гэри Селдон потерпит фиаско, таких мест появится множество, наверное, — осторожно проговорил Бранн. — То есть появится уйма мест, где смогут затаиться роботы.
— Не самый неразумный вывод, — похвалил Бранна, как способного ученика, Плассикс.
— Но если мы согласимся помочь вам, я хочу, чтобы нас — нас с Бранном — вы оставили в покое. Чтобы потом вы нам не служили, не помогали нам, просто убрались куда подальше от нас — и все. Дайте нам побыть людьми — самыми настоящими, обычными людьми! — Клия обернулась к Лодовику. — Ну, а ты? Ты что станешь делать потом?
Лодовик печально смотрел на Клию и Бранна. Он чувствовал, как за их беседой внимательно наблюдает Вольтер.
— Я буду несказанно рад небытию, когда оно наконец наступит для меня, — признался он. — То замешательство, которое владеет мной, та неуверенность, которую я постоянно испытываю, все это для меня — поистине непосильная ноша. — Неожиданно голос его приобрел страстность. — И зачем только люди когда-то придумали нас? — спросил он, как мог бы спросить исстрадавшийся человек. — Зачем наделили нас способностью к пониманию, желанием служить им, помогать во всем, а потом отказались от нас, отшвырнули, лишили всего, что позволяет нам делать то, что заложено в нашей природе?
— Не знаю, — сочувственно проговорила Клия. — Меня тогда на свете не было.
Она до некоторой степени понимала глубинный характер Лодовика, ощущала его, можно сказать, на вкус. В этом вкусе не было и следа металла, или электричества, или еще чего-нибудь такого — напрочь нечеловеческого, что могло бы прийти на ум в размышлениях о машине. Вкус личности Лодовика напоминал Клие изысканное кушанье, которое сунули в холодильник и которое только и ждало, чтобы его разогрели. Затем она ощутила еще нечто… бесконечно холодное и темное, пугающее — словно на язык ей разом высыпали полную ложку огненно-жгучих специй.
— Я чувствую этого твоего… сима, — призналась Клия немного боязливо. — Он сидит поверх тебя… как какой-нибудь… даже не знаю, как это лучше назвать… как пассажир.
— Твое восприятие очень образно и точно, — отметил Лодовик.
— И что… он велит тебе, как поступать?
— Он наблюдает, — ответил Лодовик. — Но не управляет моими поступками.
— Нам нужен ответ, — раздраженно мотнув головой, вмешался в разговор Бранн. Все отступления от главной темы ему явно были не по душе. — Роботы оставят нас в покое, когда все будет кончено, или нет?
— Мы сделаем все, что в наших силах, для того чтобы этот неприятный эпизод завершился, — ответил ему Плассикс. — Мы уведем с Трентора всех роботов, входящих в нашу организацию, а также и тех, кто занимает наиболее ответственные посты в населенной людьми Галактике. Если Дэниел потерпит поражение, люди окажутся предоставленными самим себе, станут сами вершить свою историю, развитие человечества пойдет естественным путем.
Клия попробовала ощутить мышление Плассикса, но оно оказалось таким запутанным, таким чуждым… Но вот в искренности робота у нее не возникло ровным счетом никаких сомнений. Клия сглотнула подступивший к горлу ком. Она вдруг отчетливо ощутила груз ответственности, что легла на ее плечи, ту жуткую ношу, смысл которой она раньше понимала не правильно. Она крепко сжала руку Бранна.
— Тогда мы поможем вам, — решительно проговорила она.
Когда вошли судьи, Гэри сидел молча. Бун стоял рядом с ним, а Гааля Дорника в зале не было. Бун казался неуверенным. Прошлой ночью Гэри спал плохо. Ему хотелось пошевелиться, сесть поудобнее, но, когда вошел Линь Чен, Гэри замер, не в силах двинуться. Председатель Комитета Общественного Спасения вышел на возвышение к судейскому столу, сел и угрюмо уставился в одну точку.
«О, небо, как же я ненавижу этого человека!» — изумился собственным чувствам Гэри.
Поверенный Комитета Общественного Спасения приблизился к судьям.
— Сегодняшнее заседание отведено для предоставления возможности Комитету Глобальной Безопасности допросить профессора Селдона, — сообщил он. — Однако, судя по всему, у сотрудников этого нового подразделения имеются более важные дела, и они обратились к нам с просьбой о переносе заседания на более поздний срок. Согласны ли уважаемые судьи, члены Комитета Общественного Спасения, удовлетворить этот запрос?
Линь Чен обвел зал заседаний сонным взглядом из-под полуопущенных век и кивнул. Гэри показалось, будто бы губы главного комитетчика едва заметно скривились.
— В таком случае приступим ли мы к последнему этапу судебного расследования или временно прекратим его и отложим заседание на другой день?
