Тело словно током пробило — оно моментально поддалось волнам возбуждения в зоне живота. Коленки подкосились: как же хорошо, что позади была крепкая стена, на которую Гермиона с радостью облокотилась, приподнимая подбородок к небу.
— Пэнси очнулась, — четко и ясно проговорил Седрик, моментально отрезвляя от чар Драко.
— Что ты сказал? — Сердце забилось быстрее — не от возбуждения… от надежды и радости.
Мысли о подруге сразу же перешли на первый план, отодвигая развратные фантазии в отношении Драко. Пэнси… ее спасительница. Если бы не она, они бы скончались в машине, не имея шанса на побег.
— Она очнулась, мне только что позвонила ее мать. Но, Гермиона, ты должна кое-что знать…
— К черту, Седрик. Я сейчас же еду к ней! — на радостях выпалила она, сбрасывая звонок.
Гермиона аккуратно поправила платье и бережно примяла волосы, стараясь придать себе презентабельный вид.
— Что произошло? — спросил Драко, отходя от нее на несколько шагов.
— Пэнси пришла в себя, я должна поехать к ней.
— Но уже поздно, тебя не пустят, — попытался отговорить ее Драко, скрестив руки на груди.
— Ты меня плохо знаешь, Малфой, — с каким-то презрением вырвалось из ее уст.
Драко недовольно сомкнул губы. Ее слова задели его?
— У тебя родинка в виде сердечка на левой ягодице, — буркнул он.
— Это другое! — Гермиона горделиво приподняла нос и хмыкнула. — Закажешь мне такси?
— С какой радости?
— Ну, не будь таким вредным, Драко! — возмутилась она. — Пожалуйста.
Драко нехотя достал телефон из кармана брюк и выполнил ее просьбу.
— Только потому что ты делаешь хороший минет, Грейнджер.
Гермиона приехала в больницу одна, Драко сослался на незаконченные дела и ушел в сторону Академии Икс.
Она вышла из машины, с грохотом открыла главные двери и подбежала к регистрационной стойке.
— Я к Пэнси Паркинсон.
— Время посещений окончено, — сухо ответила девушка в регистратуре.
— Но она моя подруга! Если бы не Пэнси, меня бы тут не было! Вы не понимаете, мне нужно ее увидеть… пожалуйста, — пыталась уговорить медсестру Гермиона.
Но девушка отрицательно помотала головой, пригрозив вызвать охрану.
«Да что же это такое! — выругалась Гермиона, отойдя от стойки. — Я должна попасть к Пэнси… Думай, Гермиона, думай…»
Осмотревшись, она заметила парня, похожего на Тео. Или это и был Тео.
Около минуты Гермиона принимала непростое решение: подойти или нет. Последний их диалог был не самым приятным, вернее сказать — ужасно неприятным. Он оскорбил ее, наговорил много лишнего. Правда, их тогда прервали… и хорошо, иначе кто знает, как бы закончилась словесная стычка.
Гермиона сделала несколько шагов навстречу. Сомнений не было — это Тео. Точно он. Она открыла рот, но тут же закрыла его.
Как начать диалог? Что сказать? А если он опять ее пошлет? Поможет ли? Вопросы в момент заполнили голову.
Наверное, почувствовав на себе пристальный взгляд, Тео повернулся и скептически приподнял бровь.
— Ты пришла к Пэнси? — Гермиона быстро кивнула, посмотрев ему в глаза. — Но ты почему-то стоишь передо мной вместо того, чтобы обнимать подругу? Хм… Тебя не пустили к ней, верно? — Она снова кивнула, не собираясь поддерживать диалог — уж очень неуместным это казалось. — И ты подошла ко мне, чтобы я помог тебе попасть в палату?
Гермиона отвела взгляд, не решаясь просить его о помощи после того, что между ними было. Сейчас она жалела, что ее фамилия была недостаточно именитой, чтобы персонал больницы открывал перед ней все двери.
— Пойдем, — только и сказал Тео, направляясь к третьей палате.
— Мистер Нотт, — поприветствовал врач, выходивший из двери. — Вы хотите снова поговорить с мисс Паркинсон?
«Снова?» — мысленно подчеркнула Гермиона.
— Боюсь, мистер Патил, если я еще раз зайду в эту дверь, палата потребуется уже мне, — с легкой улыбкой произнес Тео. Доктор улыбнулся в ответ. — Это Гермиона…
— Грейнджер, — продолжил врач. — Я обследовал вас, когда вы с мисс Паркинсон прибыли после ужасной аварии. Проходите, — с пониманием сказал он, открывая перед Гермионой дверь.
— Оставим их, — как-то холодно сказал Тео и ушел вместе с доктором.
Гермиона за секунду позабыла обо всем, когда дверь палаты открылась и она увидела Пэнси, сидящую в инвалидном кресле. Та с интересом читала ежемесячный журнал академии.
— Пэнси… — едва различимым шепотом произнесла Гермиона, медленно осознавая происходящее. Ее подруга не могла ходить. Не могла…
Пэнси резко повернула к ней голову.
— Гермиона! — воскликнула она, разворачиваясь не только головой, но и телом. — Как ты… поверить не могу, что тебя пропустили! Седрик целую истерику закатил, но так и не попал ко мне… а ты как пробралась?
Но Гермиона молчала. Она ни слова не могла из себя выдавить. Радость, которая не отпускала с самого звонка, исчезла, оставив горсть сожаления и грусти.
«Она не может ходить… Пэнси… — губы затряслись то ли от страха, то ли от чувства вины. — Если бы она не спасала меня, если бы не приняла на себя удар о дерево…»