— Не-а, — игриво ответила Полумна и убрала пальцы от его лица. — Увидев ее провал на сцене, он понял, что она не придет на вечеринку. Понял, что ваше пари, из-за которого он уделял этой дурочке так много внимания, стало бессмысленным. Щелк. — В сопровождение последнему слову она ловким движением пальцев создала отрывистый звук, держа им паузу в несколько секунд. — И Гермионы Грейнджер не стало в его жизни. Знаешь, где он сейчас?
— Удиви меня, — рыкнул Тео, ощущая легкий гнев от поступка Драко. Как он мог отказаться от пари, ничего не сказав?
— На полпути в Нью-Йорк, детка, — со злорадной ухмылкой ответила Полумна. — Он полетел туда на месячную стажировку, чтобы укрепить связи семьи.
— То есть он…
— Верно. Не теряет времени зря и занимается делом. Все еще думаешь, что ты своими играми сможешь чего-то добиться? Нет. Чтобы что-то поменять, нужно начать менять, а ты сидишь и играешь в игрушки как ребенок. — Явно оставшись удовлетворенной разговором, Полумна расплылась в хитрой улыбке и подмигнула. — Повзрослей, Тео.
— Гарри, только что звонила Чжоу, — громко сказала Джинни, чтобы перебить музыку на фоне. — Гермиона не придет на вечеринку.
Она резко потянула Гарри за руку, заставляя повернуться к ней лицом.
После недавнего происшествия с машиной Джинни чувствовала, что между ними начала образовываться невидимая пропасть. Гарри день за днем отдалялся, объясняя это тем, что не хотел быть причиной ее плохих отношений с матерью.
Когда он узнал, что Джинни из-за него чуть не попала в аварию, он несколько часов разговаривал с ней о нравственности и благоразумии, призывая относиться ответственно к своим действиям. Такая серьезность отталкивала, заставляла задуматься о его истинных чувствах к ней.
Пару раз она даже спросила его напрямую о намерениях, но он увиливал, ссылаясь на срочные дела или неподходящий момент.
Она теряла его и не понимала почему.
— Это хорошо, — только и ответил Гарри, убирая руку.
Он лениво осмотрел зал, задерживая внимание на сцене, где в полусонном состоянии и в ожидании оценок за выступление лежала грязная от спермы Флер. Джинни заметила, как он поморщился. А может, это была игра светомузыки.
— Гарри, — аккуратно начала Джинни, вновь касаясь его руки.
Она скучала по его прикосновениям, скучала по нему.
— Если Гермионы сегодня не будет, значит, мне не придется ее спасать, пользуясь привилегиями старшего слизеринца. — Он ощутимо напрягся, наблюдая за выставлением оценок. — Ну и мерзкое зрелище.
Джинни прекрасно понимала, что он чувствовал. Все происходящее напоминало ему о событиях двухлетней давности, об избиении и унижении Дафны его лучшим другом. Несложно догадаться, что нахождение здесь причиняло ему боль.
— Давай уйдем? — Она нежно провела большим пальцем по его ладони.
Гарри посмотрел на нее так, будто решал самую сложную в мире головоломку.
— Я пойду, — в итоге сухо ответил он и, отдернув руку, быстро зашагал прочь к закулисьям.
Джинни рвано выдохнула, прижимая ладонь к груди. Она пыталась успокоить бешеное сердцебиение, вызванное его уходом, но получалось плохо. Его отстраненность и холод пугали, раз за разом причиняя мучительную боль.
Когда Гарри скрылся за углом, в голове раздался тихий противный звон, словно кто-то ударил ее. Джинни пошатнулась, успев упереться плечом в настенное зеркало.
Музыка вперемешку со звоном постепенно погружали в туман. Перед глазами все растворялось, в висках эхом отдавался стук сердца.
Джинни тихо всхлипнула, зарываясь пальцами в распущенные волосы.
— Больно, малышка? — послышался женский голос. Сомнений не было, обращались к ней.
Джинни испуганно повернула голову и заметила высокую девушку в кожаном комбинезоне. Длинные белые волосы были собраны в высокий хвост, на лице красовался яркий, смелый макияж. Она выглядела уверенной и опасной.
От нее стало только хуже. Джинни сильнее сжала волосы, будто это могло приглушить звон в ушах.
— Идем, — только и сказала девушка, схватила ее под локоть и направилась в одну из приватных комнат.
Джинни со стоном упала на мягкое розовое кресло, едва переступив через порог. Зажмурившись, она впилась двумя руками в волосы, пытаясь сконцентрироваться на дыхании.
— Вот поэтому я никому не открываю своего сердца.
Голос незнакомки был спокойным, даже холодным. Сейчас он казался ей проводником между иллюзией, в которую она погружалась, и реальностью.
Через какое-то время до слуха донесся хорошо знакомый звук. Джинни нехотя открыла глаза и увидела на столике перед собой открытую банку колы.
— Пей, — строго наказала девушка. — Глюкоза поднимет уровень сахара в крови. Тебе станет легче.
Джинни с подозрением посмотрела на незнакомку. Она сидела в кресле напротив и рассматривала свои длинные ногти.
— Кто ты такая, чтобы я хотела твоей смерти? — без тени волнения спросила девушка, но, заметив, что Джинни так и не притронулась к банке, тяжело вздохнула, склонив голову набок. — Меня зовут Полумна Лавгуд. Уверена, наш общий друг Седрик рассказывал обо мне.
— Упоминал, — выдохнула Джин, неуверенно взяв колу.