Как же раздражало это место! В детстве она почти жила в больницах из-за неуклюжести и плохой генетики, доставшейся от бабушки.
И вот опять. Опять она попала в это ужасное место.
Затылок предательски ныл, в ушах звенело так, будто она находилась в церкви на какой-нибудь многочасовой службе.
— За что… — вырвался мучительный стон. — Как же болит голова… — Гермиона потянулась к месту ушиба и нащупала нехилую шишку.
— Видимо, ты не в курсе, что мяч ловят не головой. — В дверях стоял Драко.
Звук биения сердца в одночасье затмил противный звон. Волнение медленно подступало к горлу, блокируя доступ к кислороду.
— Это ты меня сюда принес? — предположила Гермиона, надеясь услышать отрицательный ответ.
— Грейнджер, зачем ты меня бесишь? — Он подошел к кровати и навис над ее головой. — Зачем выбрала большой теннис? — С каждым словом его лицо приближалось, лишая малейшего шанса на побег. — Так нравится внимание, правда? — повторил он некогда сказанную ею фразу.
Драко опустился настолько, что она чувствовала его ровное дыхание на губах. Он что, где-то успел выпить виски и закусить его мороженым?
— Я не… мм… — Превозмогая смущение и боль, Гермиона приподнялась, чтобы быть с ним на одном уровне. — Я не выбирала теннис и не преследую тебя. Твои необоснованные фантазии больше походят на помешательство. Может, это тебе нравится мое внимание? — как можно увереннее парировала она, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
Драко хмыкнул и отошел на полшага.
— Черточка в твоем бланке говорит о другом. — Он протянул ее заявку на вступление в теннисный клуб.
— Я не…
— Так или иначе, я теперь твой наставник, Грейнджер. Хотим мы этого или нет. — Драко развернулся к ней спиной. — Считай, сегодняшнюю пару ты прогуляла, значит, придется отрабатывать. Хотя, если вспомнить, что вчера ты нарушила одно из непреложных правил академии, даже отрабатывать не придется. Тебя просто отчислят.
Гермиона сжала простынь.
Отчислят. Это слово моментально въелось в голову, раз за разом крутясь на повторе.
Да, она ошиблась. Но неужели это было так непростительно? Вчерашний день был даже не вполне учебный, так, ознакомительный.
Он взаправду хотел донести на нее, чтобы ее исключили? Она настолько раздражала его? Или… ему настолько плевать?
— Чего ты хочешь, Малфой? — прошептала Гермиона. Она не могла допустить, чтобы он донес все ректору. Ей нужно было выпросить сделку.
Повернув голову к окну, Драко лениво усмехнулся, но его взгляд по-прежнему выглядел скучающим и безучастным.
— Назови хоть одну причину, почему я должен чего-то от тебя хотеть?
— Ну ты же для чего-то пришел сюда, вот я и подумала…
— Много думаешь, Грейнджер, — перебил Драко, повернувшись к ней лицом. Он смотрел так, словно она была не больше чем досадная помеха.
Занервничав, Гермиона неосторожно спросила:
— Может, сделка? Я не буду попадаться тебе на глаза, а ты не расскажешь ректору о случившемся вчера в клубе. — Она неуверенно протянула руку для рукопожатия, на что Драко зло цыкнул.
— Никакой сделки, Грейнджер. — Он сказал это настолько холодно, что у Гермионы сердце ушло в пятки. — Я просто скажу сейчас, что ты должна сделать, и ты это сделаешь. А говорить ректору или нет, я решу в зависимости от того, насколько хорошо ты выполнишь задание.
— Это угроза?! — на эмоциях выпалила Гермиона, вжимаясь в стенку.
— Нет, я стараюсь быть милым, — с сарказмом ответил Драко и поспешил продолжить, пока она не успела еще что-нибудь сказать. — После Кубка Первокурсниц будет вечеринка, посвященная победительницам. От тебя требуется выбрать меня вне зависимости от обстоятельств. И отвечая на твои следующие вопросы, — он сделал паузу, снова развернувшись к двери, — это тебя волновать не должно. Просто выбери и все.
Не дожидаясь ответа, он поспешил покинуть медицинский кабинет.
— Грубиян! — выкрикнула вслед Гермиона и зарылась в одеяло.
«И что это значит? Какая вечеринка? Я даже не до конца решила, хочу ли пойти на Кубок! — мысленно возмущалась она, покрывая Драко ругательствами. — Ладно, просто поучаствовать, просто выбрать. Это не должно быть сложно. Правда же?»
Джинни лениво просматривала записи с предыдущей вводной пары с куратором. Правила, традиции, система баллов… В школе было не так. Только оценки, контрольные. А тут и зачеты, и экзамены, какие-то непонятные рубежные контрольные и аттестация. Потребовалось немало сил, чтобы разобраться, что за что отвечало.
Перелистывая страницы, она наткнулась на абзац, где конспектировала направления Гриффиндора.
«Съемочная группа… Получается, Гриффиндор готовит не только будущих режиссеров. Что тут у нас, — думала она, тонкими пальцами бережно ведя по написанному. — Сценаристы, режиссеры, операторы, фотографы… Визажисты тоже попадают в эту группу?»
Хоть она и носила известную фамилию, это направление было ей незнакомо. Как правило, члены семьи Уизли поступали на Пуффендуй, факультет разработки препаратов или оборудования для порноиндустрии.