— Грейнджер, пх, — усмехнулся Северус, сдержав смешок. — Господи, что за дурное дите? — Он задумчиво потер лоб.
— Я не прошла, да? — Она расстроенно посмотрела на него.
— Прошли, — небрежно бросил Северус. — Вставайте. Вы меня все равно не возбуждаете. И переоденьтесь в форму вашего факультета. Теперь вы будете посещать академию только в ней. — Он указал на аккуратно сложенную в углу кабинета одежду.
— Ох, большое спасибо… я… ох, еще раз спасибо. — Гермиона глупо улыбнулась, вставая.
— Все, идите и постарайтесь не выглядеть такой дурой впредь! — повысил голос Северус, пытаясь скрыть усмешку за грозным взглядом.
«Какой стыд…» — мысленно дала себе оплеуху Гермиона, мусоля произошедший в кабинете Северуса позор, поправляя шарф на шее и перчатки, являющиеся элементами формы.
Он наверняка ее в шутку взял… Ну, или она действительно красиво выглядела в мокрой блузке и с раздвинутыми ногами.
— Гермиона, еще раз зевнешь — и все веселье проспишь, — подбадривающе улыбнулся Гарри, продолжая вести экскурсию по главным местам академии. — Если ты переживаешь по поводу Северуса, то выдохни. Он обожает издеваться. Лучше глянь, что тут…
Он отошел от дверного проема, открывая вид на красную комнату, освещенную тусклым светом. Посередине зала на шесте крутилась наполовину обнаженная девушка. Вместо трусиков ее загорелые ягодицы прикрывали две «полосочки», похожие на стринги, а большая оголенная грудь подпрыгивала вверх-вниз при каждом движении. В углу комнаты мелькал чей-то силуэт. По всей видимости, зрителя.
Гермиона неосознанно посмотрела на Гарри.
Его лицо отражало невозмутимость. Казалось, ему нет дела, что перед ним танцевала и извивалась на шесте полуголая девушка.
Он… нет, он точно не по мальчикам! Может, его просто не возбуждал третий размер груди?
— Стриптиз, — пояснил Гарри и захлопнул дверь.
Не успели они отойти на ярд, как из той же комнаты послышался крик.
Гермиона смутилась, не зная, отчего дальше паниковать: потому, что скоро может оказаться на месте той девушки, или потому, что на собеседовании с Северусом она выглядела космической дурой.
— Ты еще покажешь всем, что можешь лучше.
Гарри то ли являлся успокаивающей таблеткой, то ли читал мысли. Во всяком случае Гермионе стало лучше.
— А что тут? — Она решила взять инициативу в свои руки, тыкнув пальцем в следующую дверь. Да, надо отвлечься.
— Оу. — Гарри потянул ручку, и Гермиона тут же покраснела, увидев стонущих девушек.
— Урок по оргазмологии. Девочки учатся стонать при оргазме и вообще стонать со вкусом.
Гермиона приложила руку к низу живота. Вид раскрепощенных и свободных девушек, получавших истинное удовольствие, возбуждал каждую клеточку тела.
Хотелось присоединиться. Хотелось так же раздвигать ноги и водить пальцем или игрушкой по клитору, выстанывая чье-то имя или просто открывая рот. Хотелось гладить свою грудь, сжимать соски, выгибать спину и от наслаждения покрикивать. Хотелось не стесняться и не бояться этого делать…
Гермиона прикусила губу, и Гарри не оставил это без внимания.
— Знаешь, — он подхватил ее под локоть, отводя от аудитории, — обучение порноактеров похоже на обучение медиков. — Гарри погладил ее по плечу. — Ибо чаще всего люди идут сюда и не понимают, на что соглашаются. Некоторых воротит от запаха крови, а порноактеров от спермы, медиков от вида трупов, нас — от оголенных тел. И… подумай, может, это не твое? У тебя еще есть возможность поступить в другой уни…
— Я не маленькая! И знаю, куда поступила! — выкрикнула Гермиона, но голос зазвучал настолько неубедительно и смешно, что на ее слова отреагировал находившийся рядом парень.
— О, первокурсница, которая вылетит на первой сессии.
В дверях, нахально облокотившись о косяк, стоял студент с красивым платиновым цветом волос.
— Неправда! — возмутилась Гермиона.
— Еще какая правда. — Смешок. — Такие, как ты, даже слово «член» сказать не могут с первого раза. — Оттолкнувшись от двери, он быстро подошел к ним. — Ну здравствуй, Поттер, — как-то высокомерно произнес он.
— Драко, — прошипел Гарри, — разве у тебя сейчас нет занятий?
— Да вот, вышел покурить, а тут такая сцена: зеленая первокурсница, не понимающая, во что влезла.
— Я не зеленая! И я пони…
— Заткнись, я с Поттером разговариваю. — Слова прозвучали грубо, но в то же время соблазнительно; от тембра голоса у Гермионы по шее пошли мурашки.
«Что за хам?» — пронеслось в голове.
Как он мог так разговаривать с незнакомым человеком?
Не придумав ничего лучше, Гермиона подошла к нему вплотную и с презрением проговорила:
— Не смей обращаться со мной так, будто я какой-то жалкий кусок пиццы!
«Господи, какая пицца? Что я вообще несу? Он так пялится на меня… — смущенно подумала она. — С ума можно сойти!»
И мысленно дав себе отрезвляющую пощечину, продолжила:
— Никому не позво…
Кажется, Драко нашел это забавным. Грубо оттолкнув ее от себя, он обратился к Гарри: