— Соберись! Вот-вот огонь дойдет до бака и мы нахрен взорвемся без шансов! — Последовал удар по щеке. Резкая боль и громкий голос Пэнси вывели Гермиону из преждевременного отчаяния. — Малышка, — как можно нежнее прохрипела Пэнс, проведя тыльной стороной ладони по месту удара, — мы сможем не… кх-кх, не сдохнуть, если ты мне пом-можешь. Готова?
Пэнси натянуто улыбнулась, смотря в заплаканные глаза.
— Да, — кое-как выдавила Гермиона.
— Тогда на счет три мы должны изо всех сил ударить по стеклу ногами, — отчетливо проговорила Пэнси, удобно располагаясь позади Гермионы.
Дым с каждой секундой становился гуще и темнее, вызывая постоянное желание кашлять, вонь от пластика дурманила — хотелось просто закрыть глаза и забыться в ядовитом сне.
— Раз! — Пэнси прижала к себе Гермиону, усадив ее меж бедер. — Два! — Две пары стройных ног повисли в воздухе в согнутом положении. — Три!
Они замахнулись что было сил и ударили в дверное стекло машины в четырех разных точках, разбивая поверхность. Сейчас они искренне радовались, что у стекла отсутствовала укрепляющая пленка. Ведь если бы она была… они бы не справились.
Быстро отстранив от себя Гермиону, Пэнси нашла валяющуюся шпильку и, просунув руку через разбитое стекло, начала пытаться открыть ручку машины. Огонь распространялся в район передних дверей, времени оставалось все меньше.
Оглушающий звук взрыва напугал их.
— Твою мать! — выругалась Пэнси, поцарапав руку. — Это было переднее колесо. Блядь, не получается! — Замок никак не поддавался, на лице стало отчетливо заметно отчаяние. — Дерьмо…
Гермиона положила руку ей на плечо и с надеждой посмотрела.
— Не сдавайся!
Услышав это, Пэнси прикусила губу и закрыла глаза, кажется, пытаясь сконцентрироваться.
— Блядь, получилось! — Услышав радостный щелчок, она скорее открыла злосчастную дверь и, взяв Гермиону за руку, выпрыгнула с ней из машины.
Три секунды.
Три секунды, и огонь дошел до бака.
Три секунды, и машина взорвалась, откидывая их на несколько ярдов, вжимая в грубые стволы сосен.
Три секунды отделяли их от смерти.
Гермиона медленно открыла глаза. В сознание вернул громкий звук сирен то ли от полицейских машин, то ли от скорой помощи.
Она не сразу поняла, где, что и как произошло. Кругом летал пепел, полыхал огонь и чувствовался запах бензина вперемешку с горящим пластиком.
Голова ныла тихой болью, виски пульсировали от разных звуков. Зрение никак не хотело нормализовываться: все было нечетко, словно в тумане.
Отрывисто повернув голову в другую сторону, она заметила лежащую без сознания Пэнси, которая была в грязи и… крови?
«Пэнси…» — пронеслось в голове.
Перед глазами начали возникать картинки недавних событий.
К горлу подступила тошнота.
— Гермиона! — раздался крик где-то позади. Этот голос показался знакомым, но она никак не могла вспомнить владельца, а повернуться, чтобы посмотреть, не было сил. — Они тут! Быстрее! — Это было последнее, что она услышала, перед тем, как снова погрузилась в пустоту.
— Скорее! Скорее! — И снова рваные звуки заставили открыть глаза.
Гермиона лежала не в лесу, но все еще была на улице. Ее перевозили куда-то на носилках. Она заметила, как Пэнси в кислородной маске и с капельницей быстро завозили в машину скорой помощи.
Все было сумбурно, непонятно. Все куда-то бежали, кричали, разбирались в чем-то…
— Все будет хорошо. — Тот же голос, как и в лесу. И только она хотела повернуться, как вновь отключилась.
Покачивая головой из стороны в сторону, Гермиона медленно открывала глаза, издавая звуки, больше похожие на мучительные стоны.
— Где… где я? — прошептала она, пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чем-то. Слишком ярко. Было слишком ярко.
Она почувствовала, как кто-то сжал ладонь.
— Все хорошо, ты в больнице, — раздался мягкий мужской голос около уха.
Это был Тео. Точно! В те разы, когда Гермиона просыпалась, она слышала голос Тео. Те разы…
Гермиона постепенно начала вспоминать о событиях, произошедших с ней и…
— Пэнси! — вскрикнула она, подняв корпус с больничной койки. — Ар-х…
Резкая боль пронзила тело, и Гермиона вернулась в исходное положение, жалобно простонав.
— Не советую делать резких движений, — с заботой сказал Тео, поглаживая большим пальцем ее ладонь. — Хоть ты почти не пострадала, твои мышцы еще не гот…
— Что с Пэнси?! — перебила его Гермиона, приподнимая. Тео умолк. — Что с ней? — Облокотившись о спинку кровати, она нерешительно посмотрела в серые глаза. — Почему ты молчишь… Тео…
Она начала додумывать события, отчего к глазам подступили слезы.
— Гермиона, сделай глубокий вздох, прошу тебя. — Он переместил руку ей на щеку, продолжая успокаивать. — Пэнси сейчас в реанимации, я позаботился, чтобы ее оперировали лучшие хирурги страны. Она выкарабкается, ты же ее зна…
— Нет! Нет! Не может быть! Не… — Слезы бесконтрольно текли струйками по щекам. — Это я виновата, это из-за моей беспомощности… Ар-х-х…
Тео без слов аккуратно притянул ее к себе, подставляя плечо.