Пожар! Если и не хватало единой искорки безумия, чтобы Долгарду сорвало крышу, то Люка своим нежным поцелуем отсыпала их с излишком. Он схватил её почти что грубо, но её так вело, что это было даже к лучшему. Поцелуй становился всё более жарким, всё более откровенным. Оба испытывали такое наслаждение от происходящего, что после каждого вздоха словно заново бросались друг на друга. Люка кусала его губы, Мар прижимал её к себе всё сильнее. Она ощутила его ладонь на своей ягодице, и тут же, явно нарываясь, забросила эту ногу на его ногу, ощущая, как он оглаживает её бедро снизу.
Они распалялись всё больше, хотя казалось, что дальше уже некуда. Люка была уверена, что будь где-то рядом в их распоряжении кровать, они уже были бы в горизонтальном положении.
Скрип от давно не смазываемой двери Люка даже не услышала, а, скорее, почувствовала. Всё волшебство момента рассеялось, едва уровень адреналина от испуга заставил их отстраниться друг от друга. Люка шаталась, но чары невидимости сотворить успела, хоть и весьма неуверенно. Она протянула руку Мару, и он подошел к ней, тут же обняв, зарывшись лицом в её кудри. Полог невидимости надёжно скрыл их от посторонних взглядов.
Из комнаты их соседей, украдкой целуясь, выскользнула парочка и прокралась к лестнице. Люка выдохнула.
- Просто место для свиданий какое-то, - неодобрительно пробормотал Мар ей в волосы.
Люка засмеялась себе в ладони.
- Тебе нужно идти! Из-за нестабильного ментального состояния я не смогу долго удерживать полог невидимости.
Она смело посмотрела в его глаза.
- Завтра после лент, - напомнил он, - не забудешь?
Бессмертные боги были свидетелями: она прекрасно понимала, что ей нельзя к нему идти. Только не после того, что только что произошло. Их тянуло друг к другу, пора бы уже это признать. Но он – легат Его Величества, а она – студентка, дочь пленённого королём преступника. Сложно было найти двух человек, более неподходящих друг другу, чем они.
И всё же она пообещала:
- Я приду.
Глава 10. Очень плохая студентка
Следующий день начался у Люки с чувства дежавю. Она уже проснулась и искала под кроватью тапочки, когда в её комнату проскользнула Зарина. Девушка выглядела заинтригованной, и держала в руках коробку, на которой блестели чары невскрытия.
- Принесла тебе, пока Вега не увидела, - прошептала принцесса, - а то она вчера была очень заинтересована, где ты там в городе потерялась. Вряд ли она оставит тебя в покое сегодня, так что не будем её лишний раз тревожить.
Люка вежливо улыбнулась, принимая коробку из рук соседки. На лице Зарины так и было написано, что она хотела бы увидеть содержимое, но Люка сама не представляла, что там могло находиться, поэтому открывать при посторонних поостереглась. Вчера она вернулась поздно: её соседки уже спали, и Люка прокралась в свою комнату без препятствий, но была, как и Зарина, уверена, что Вега сегодня с неё не слезет.
Когда ушла принцесса, Люка подцепила ногтем ленту, которой была обернута коробка, и поняла, что снова не может найти имени отправителя. Подозрение тут же пало на Долгарда. Девушка быстро расправилась с упаковкой, и, открыв крышку, замерла, не дыша.
Она ощутила себя, словно в снежном шаре – всё вокруг всколыхнулось помимо её воли. В коробке блестела синяя ткань, и кусочек бретельки, находящийся на видном месте, не оставил никаких сомнений. Несколько секунд она просто сидела, смотря на то самое платье, что вчера меряла в магазине, и иллюзию которого потом примеряла, чтобы потанцевать с Адемаро. Люка взяла в руки лиф и вытащила платье из коробки, выпрями его во весь рост. Несомненно, платье было то же.
Люка поймала себя на том, что стеснительно улыбается, словно ей рассказали какой-то стыдный секрет. В сущности, так оно и было: то, что происходило между ней и легатом, точно нельзя было выносить на всеобщее обозрение. Сколько бы она себя не корила, сколько не взывала бы к собственной рациональности, итог был один: Адемаро Долгард ей нравился, и она ничего не могла с этим поделать.
Люка отдала должное своей девичьей натуре и радостно покружилась по комнате с платьем в руках. Как же чудесно она будет выглядеть на осеннем балу! Виндолен удавится от зависти, а Эдан искусает себе все локти! Так их!
Ей так хотелось увидеться с легатом, что она еле отсидела положенные три ленты. Даже За Полтар отметил её невнимательность, но Люка пребывала в эйфории и даже не обратила на него внимания. Почему-то за этим платьем Люка увидела гораздо больше, чем просто желание её порадовать. Мар ведь видел её в этом платье, и, подарив его ей, словно сказал: я хочу снова увидеть тебя в нём. Люке это казалось страшно романтичным. Сам Мар выглядел в её глазах наполовину сказочным рыцарем, помогающем одинокой девушке в беде, наполовину бравым героем-любовником… но с этой половиной ещё предстояло разобраться. Едва Люка задумывалась об эдаком, её щеки густо пунцовели, но ведь можно было себе это представить, правда? Хотя бы в собственной фантазии?
