– Летнее зачисление? – спросил Фрай, глядя на меня безупречно черными, как и у всех темератов, глазами.
От его взгляда, пронизанного Тьмой, мне стало не по себе. Я съежилась и уронила глаза к носкам его туфель, начищенных до блеска.
– Нет, осеннее, – отозвалась хмуро. – Занятия только неделю идут.
– И как тебе? – Фрай усмехнулся, а на его щеках залегли ямочки.
Я бросила взгляд на небольшую компанию темератов, что, не задерживаясь, быстро прошла в торжественный зал. Покрутила головой и, убедившись, что никого, кроме нас, в комнате нет, сказала:
– Не в восторге. Я привыкла к другой учебе, пока была дитурбьентом.
– Чего?! – Эйлин высунулась из-за плеча Фрая с недовольно надутыми губками. Она обиженно смотрела на меня, возмущенно хлопая ресницами.
– Дитурбьенты – это будущие охотники, – разъяснила я, чем лишь усугубила ситуацию.
– Я знаю! – простонала Эйлин и шагнула мне навстречу. – Просто я не понимаю, на что ты жалуешься? Эти занятия помогают обрести контроль, понять себя и сдерживать Тьму!
Я устало потерла переносицу, а Фрай вознаградил мою подругу удивленным и, как мне показалось, восторженным взглядом.
– Вот это настрой! – хвалебно протянул он, завороженно разглядывая мою соседку.
Эйлин заметила его одобрение и гордо вздернула носик. Однако следующие слова Фрая пригвоздили ее полным недоумением:
– Мне бы такой! А то тоже, как Аста, на парах плюю от скуки в потолок.
– Да что же такое, – пробурчала Эйлин и всплеснула руками. – Никакой ответственности!
– Это Эйлин, моя соседка, – смеясь, представила я. – Эйлин, это Фрай. Он учился на два курса старше меня.
Фрай неловко помахал ладонью, а Эйлин несколько смущенно кивнула. Они оба замялись, и их растерянность очень скоро начала передаваться и мне.
– Может, если все готовы, пойдем? – вновь кивнула на дверь, ведущую в торжественный зал. На этот раз возражений не последовало, и мы втроем двинулись на церемонию.
За дверью нас встретили шумная музыка приглашенного оркестра, блеск девичьих нарядов и сияние магических шаров, что танцевали под потолком переливающимися пузырями. Они то опускались, почти касаясь собравшейся публики, то вновь взмывали под своды потолка.
– Не пугайся, если я вдруг куда-то отойду, – шепнула мне на ухо Эйлин и заговорщицки подмигнула.
Я выглянула через ее плечо и сразу же заметила ребят из нашей группы. Пара девушек болтала у черного прямоугольника окна, а парни уплетали закуски, явно поглядывая на нас с Эйлин.
– Так и говори, что пошла крушить сердца, – усмехнулась я и искренне пожелала подруге удачи.
Она дружески хлопнула меня по плечу и тут же упорхнула к ребятам. Как раз тогда, когда заиграла медленная музыка.
– Потанцуем? – Фрай галантно поклонился мне, хотя этикет не требовал подобных действий. Да и вообще у охотников с манерами особые отношения, на грани отсутствия.
Я оглянулась, убедилась, что Эйлин тоже нашла пару для танца, и лишь тогда согласилась:
– Почему бы нет?
Фрай поймал мою ладонь и вывел к центру зала, где кружились другие студенты. Я с грустью заметила, что охотники всегда танцуют исключительно с охотниками, а темераты – с такими же оскверненными. А ведь хотелось хотя бы на балу почувствовать себя обычным, нормальным человеком!
– Что ж… – Фрай склонился к моему уху, чтобы могла слышать его голос из-за музыки, и выдохнул: – Я так и знал, что это ты.
Я чуть отстранилась и вопросительно заломила бровь, уставившись на бывшего охотника. В центре зала танцевало немало пар и было тесновато. Однако я держала дистанцию между собой и Фраем, стараясь не прижиматься к нему всем телом.
– О чем ты говоришь? – озвучила вопрос, когда он промолчал.
– О слухе, который до меня дошел, – последовал ответ. – Будто к темератам зачислили бывшую охотницу, и она устроила допрос среди студентов. Я сразу подумал о тебе!
Я глухо засмеялась, чуть откинув голову. Осторожно посмотрела на Фрая сквозь ресницы. Отчего-то не хотелось встречаться с ним взглядами открыто, но я искренне желала разглядеть его лицо, освежить в памяти знакомые черты.
Мы виделись в последний раз, кажется, около года назад. С тех пор Фрай обзавелся несколькими проколами в хряще левого уха и получил метку Тьмы, что мраком затопила глаза. В остальном парень остался прежним: тот же короткий ершик темных волос, та же кривая улыбка и привычка, улыбаясь, закусывать губу.
Он резко прокрутил меня вокруг своей оси, когда все пары в унисон повторили это движение. От неожиданности чуть не потеряла равновесие, но тут же оказалась прижата к груди бывшего охотника.
– Не умею танцевать, – виновато призналась я и ойкнула, когда Фрай крепко сжал мою талию и на мгновение приподнял над полом.
– Тогда просто расслабься и доверься мне. Можешь даже спросить…
– О чем? – тут же вспыхнула, а в памяти воскресли старые воспоминания. На первых курсах я была без ума от Фрая и постоянно пыталась привлечь его внимание, блистая на общих тренировках.
Так продолжалось два года, пока он не окончил академию. Мои чувства быстро остыли, и я с головой ушла в занятия.
Так неужели он знал обо всем, а теперь просит признаться в старой симпатии?
