Однако Хильда была уверена, что слышала какой-то шум, и он показался ей неправильным. Таким, какого не могло быть. Несмотря на усталость и мечту о сне, она пошла по коридору в противоположном от своей комнаты направлении, присматриваясь и прислушиваясь. Когда шум раздался снова, она поняла, что он доносится из соседнего коридора, и поспешила туда почти бегом.
Сразу за поворотом она обнаружила Петра Кросса. Тот сидел на полу, привалившись к стене, запрокинув голову и широко распахнув глаза. Его взгляд был направлен в потолок, но казалось, что он его не видит. Губы слабо шевелились, что-то шепча, но со своего места Хильда не могла расслышать, что именно.
– Петр? Что случилось?
Сокурсник не ответил. Он продолжал сидеть все в той же позе и шептать что-то невнятное.
– Петр?
Настороженно оглянувшись по сторонам, Хильда приблизилась и опустилась рядом на корточки, тронула за плечо, пытаясь обратить на себя внимание. Петр оставался безучастен. Он все пялился в потолок, зрачки были необычно расширены, губы продолжали шептать. Хильда наклонилась ближе, пытаясь разобрать слова, но он лишь повторял какую-то бессмыслицу:
– Ран… та… ран… та… ран… та…
– Да что же с тобой? – прошептала Хильда, отстраняясь и вглядываясь в его лицо.
В этот момент Петр перестал бормотать, его рот раскрылся, а глаза расширились, словно он увидел на потолке что-то страшное.
Хильда мгновенно проследила за его взглядом, одновременно призывая магический поток. Она успела увидеть, как по потолку скользнуло что-то черное, похожее на тень, но оно исчезло так быстро, что разглядеть его как следует у нее не было ни единого шанса.
– Какой странный день, курсантка Сатин, вы не находите?
Хильда подняла на вошедшего куратора удивленно-вопросительный взгляд. Она сидела в приемной ректора уже добрых полчаса, кусая губы от нетерпения и любопытства. Голова едва ощутимо побаливала, обидевшись на отсутствие обещанного ранее в мыслях отдыха, но сонливости Хильда не испытывала. Слишком сильно волновали ее вопросы: что случилось с Петром и что за тень она видела в коридоре.
Так и не сумев привести сокурсника в сознание самостоятельно, она отлевитировала его в лазарет. Доктор Вилар была очень встревожена состоянием Петра: ей тоже не удалось оперативно вернуть его в сознание. Она собиралась связаться с Мором, а Хильду попросила уведомить ректора.
Ректор, которого Хильда нашла в апартаментах, выслушал ее сбивчивый рассказ и велел отправляться к его кабинету и ждать в приемной. Секретаря в субботу вечером тут, конечно, не было, поэтому Хильда провела последние полчаса в полном одиночестве, не зная, что происходит.
– Простите?
– День, говорю, странный, – повторил Мор, со вздохом опускаясь на соседний стул и едва не касаясь ее плеча своим. – Мы с вами никак не можем расстаться, хотя обычно по выходным не видимся совсем.
Хильда моргнула, по-прежнему не понимая, о чем он говорит: голова была забита совсем другими мыслями. Да и не обращала она никогда внимания, по каким дням они видятся.
Мор заметил ее замешательство и махнул рукой, давая понять, что это не имеет никакого значения.
– Ректор сейчас придет. Велел ждать тут вместе с вами. Что там произошло, Хильда?
Последняя фраза получилась у Мора непривычно экспрессивной, что выдало его напряжение, поначалу прятавшееся под обычной для него невозмутимостью. Сегодня ему не очень-то удавалось держать себя в руках. Он повернулся к ней, сверля хмурым взглядом.
– Я не знаю, куратор, – честно ответила Хильда, которая все полчаса прокручивала в голове события, связанные с Петром. И то немногое, что произошло этим вечером, и все детали, которые подмечала последнюю неделю.
Мор собирался задать следующий вопрос, но дверь приемной распахнулась, впуская ректора, поэтому они оба вскочили с мест и вытянулись по струнке. Шадэ стремительно пересек приемную, не сбавляя скорость, и бросил на ходу:
– Вольно и за мной.
Он распахнул дверь кабинета так же резко, как и дверь приемной, из чего Хильда сделала вывод, что все довольно скверно. Скорее всего, доктору Вилар так и не удалось вывести Петра из ступора. Пропустив их внутрь, ректор захлопнул дверь. Потом подумал немного и наложил на нее сначала запирающее заклятие, а потом – звукоизолирующее.
– Давайте, Сатин, рассказывайте, что вы видели и что знаете, – велел Шадэ, подходя к столу, но не садясь в рабочее кресло. Он остановился перед столом и присел на его краешек, переводя сосредоточенный взгляд с Мора на Хильду и обратно.
– Я практически ничего не видела, господин ректор. Поднялась на этаж, услышала в коридоре шум и пошла посмотреть…
– Почему пошли? – перебил Шадэ. – Вы всегда бегаете проверять каждый шум в коридоре?
Его вопросы немного сбили Хильду с толку и с мысли заодно. Она запнулась, смущенно опустив взгляд в пол. Если бы только она сама знала, почему пошла на этот шум!
