– Я и не знала, что вы такой кофеман, – она улыбнулась и тут же предложила: – Могу вам сварить. И еще могу приготовить завтрак.
– Серьезно?
– Вы сомневаетесь в моих кулинарных способностях?
– Нет, скорее, в вашем бескорыстии. Во что мне это обойдется?
– Вы внимательно выслушаете то, что узнала я, а потом расскажете, какие новости есть у вас. И да, вы отдадите мне половину приготовленного мной завтрака.
– Что ж, – он улыбнулся, – думаю, это приемлемая сделка. Только готовьте тогда побольше. По утрам у меня зверский аппетит.
– Хм, я это запомню, – пообещала Хильда, поднимаясь.
– Зачем?
– Мало ли… Вдруг когда-то еще пригодится. Показывайте, где у вас тут кухня.
Мор рассмеялся. Ее утреннее вторжение больше не выглядело таким уж неуместным. Он показал, куда идти, но по пути Хильда, конечно, заметила, что он хромает больше, чем обычно.
– Не обращайте внимания, – отмахнулся он. – По утрам всегда так. Тем более последнее время я много хожу и мало сплю. Это всегда усугубляет ситуацию.
– Тогда почему вы не хотите обратиться к темным, как советовал Норман? Может быть, они действительно смогут помочь? Или к самому Норману, если уж вы категорически против темных?
Хильда предложила это, уже изучая содержимое его кухонных шкафов и выбирая, что приготовить из имеющихся продуктов. Судя по всему, куратор не так часто готовил сам, поэтому особым разнообразием и оригинальностью его запасы не отличались, но ингредиенты на незамысловатый омлет с сыром и зеленью она приметила.
– Давайте вы сначала прослужите в боевом отряде шесть лет, Сатин, а потом мы вернемся с вами к этому разговору, – проворчал в ответ Мор, садясь за стол и растирая бедро. Самое больное место находилось ниже колена, но отдавало почему-то всегда в бедро.
– Приятно слышать, что вы уже считаете это для меня реальным, – усмехнулась Хильда, проворно ставя на огонь сразу две сковородки. – Кстати, мне больше нравится, когда вы называете меня по имени.
– Я это запомню, – пообещал он, наблюдая за ее действиями одновременно с интересом и легкой грустью. – Так что вы там говорили про Петра?
Хильда подробно пересказала ему разговор с Дином, за это время успев пожарить большой омлет и тосты и сварить кофе. К тому моменту, когда она поставила все это на стол перед куратором и села напротив, они уже успели выяснить, что Мор тоже не понимает, как мертвый Петр мог явиться в собственную комнату.
– Об этом надо подумать, – заявил он, осторожно пробуя омлет. – Я поищу какие-нибудь материалы на эту тему. А вы пока полистайте книгу. Может быть, сможете понять, ради какого раздела она понадобилась Петру.
– Хорошо. А что насчет кабинета ректора? Когда мы сможем туда попасть?
Мор недовольно поморщился, на мгновение отрываясь от еды, которую до этого уплетал с заметным аппетитом.
– С этим будет непросто. На ночь и вообще любое запланированное долгое отсутствие он запирает его такими заклятиями, что не мне их ломать. Днем обычно наложены только обычное запирающее заклятие и следящие чары. И то, и другое я могу обойти, но времени будет немного, а хуже всего то, что оно будет непредсказуемым. Так что вы туда даже не суйтесь.
– Почему это? – возмутилась Хильда, не успев до конца прожевать кусочек тоста.
– Потому! – отрезал Мор, но через пару секунд все же добавил: – Потому что у вас, как я уже говорил, вся карьера впереди. А если нас поймают, то Академии не видать ни мне, ни вам. И на этом ваша мечта стать легионером закончится.
Хильда насупилась, но спорить не стала. Какое-то время они ели молча, но потом она все-таки уточнила:
– Ладно. Когда вы собираетесь это сделать? Сегодня?
– Нет, завтра. Потому что есть еще секретарь в приемной. По пятницам он отпускает ее уже после обеда, и во второй половине дня есть шанс попасть в кабинет незамеченным.
Она кивнула, и доедали они уже в молчании. Только когда обе тарелки оказались пусты, Хильда с улыбкой предложила:
– Еще кофе?
– Нет, спасибо, – он покачал головой, допивая то, что оставалось в чашке. Положив подбородок на сложенные вместе руки, Мор торжественно посмотрел на свою курсантку. – Это было очень вкусно, Хильда. Лучший завтрак в моей жизни.
– Правда? – она просияла так, словно он опять напророчил ей большое будущее в качестве легионера.
– Правда, – в его взгляде снова появилась затаенная грусть, хотя губы продолжали улыбаться. – Но следующий наш совместный завтрак готовлю я.
Брови Хильды взметнулись вверх, она склонила голову набок и, тоже подперев подбородок руками, тихо пообещала:
– Я это запомню.
Как назло, в пятницу ректор торчал в своем кабинете весь день. И секретаря против обыкновения отпустил не в обед, а только после пяти вечера. После чего наконец вскоре отлучился сам. Мор, который, благодаря службе в Легионе, владел умением держаться поблизости, наблюдать и при этом не попадаться никому на глаза, сразу воспользовался этой возможностью, опасаясь, что другой может не представиться.
