Кажется, я уже совсем не понимала, благодарна я этому зеленоглазому чудовищу или готова придушить, а Сильвия косилась на меня и прятала улыбку. Джордан ушел за Саной, я поставила герань на подоконник и села рядом. Ящер прилетел очень быстро, я едва успела схватить горшок в руки.
– Что случилось? – спросил Берт, а я помахала браслетом и торжественно надела его на чешуйчатую лапу. Ящер вздрогнул, хлопнул крыльями и едва не сверзился с подоконника. – Это то, что я думаю?!
– Да! – я поцеловала его в нос. – Поздравляю, ты теперь у нас зарегистрированный, можешь летать, где и когда хочешь, конечно, все в рамках закона.
Берт замер с изумлением на морде, посмотрел на браслет и выдавил:
– И откуда это?!
– От принца, – вздохнула я.
Точно, про Берта я и забыла. Значит, Сана будет четвертая… Мамочки… Надо было их оптом собрать, а то голосовые связки у меня не вечные! А на регенерацию наян рассчитывать совсем не хотелось.
К вечеру меня уже отнимался язык. Друзьям и сестре я рассказала все, но взяла с них страшные клятвы, что никому и никогда они не проболтаются о том, что узнали.
Сестра забросала вопросами о бабуле, я отвечала, как могла, а у самой из головы не выходил демонов принц. Боюсь, я начала отвечать невпопад, и Сильвия хихикнула:
– Лекса, да сходи уже к нему, скажи спасибо. Совершенно не обязательно при этом обращаться к нему "ваше высочество" и называть Дарреном, он и к Змею давно привык.
Я нахмурилась:
– С чего ты взяла, что мне это нужно?!
Сильвия снова хихикнула:
– Мы тебя уже несколько раз спросили о том, как вы будете меняться с Саной перед балом, а ты нам про зеленоглазое чудовище твердишь.
Я что, все это вслух сказала?!
– Ага, – улыбнулась Сана, – уже раз пять. Иди, Лекса, иначе мы тебя потеряем.
Джордан ничего не сказал, хотя и закусил губу, пытаясь спрятать ухмылку, а Берт фыркнул.
– Хочешь, я тебя через окно отнесу? – спросил ящер. – Заодно тоже спасибо скажу… даже пообещаю ему голову не откусывать.
Я икнула:
– Лучше не надо, я передам от тебя благодарность. Впрочем, почему передам? Я ему тоже нарисую!
Понятливо ухмыльнулась только Сильвия, которая видела упаковку от браслета, а остальные удивленно воззрились на меня. Я предоставила подруге возможность объясняться с ними самой, взяла лист бумаги и задумалась, что же изобразить? Схватила карандаш, и через несколько минут показала друзьям результат. Берт склонил голову набок:
– Это точно благодарность? Я бы обиделся, если бы мне кто-нибудь червяка нарисовал.
Я возмущенно фыркнула:
– Это не червяк, а змея! Точнее, Змей!
– Правда? – хмыкнул ящер. – Лекса, занимайся зельеварением, у тебя намного лучше получается.
– Прости, но он прав, – Сильвия едва сдерживала хохот.
Я посмотрела на сестру и Джордана – первая любовалась геранью, и ее губы подрагивали, а артефактник просто уткнулся в подушку Сильвии, тихо подвывая. Предатели!
– Ничего, он поймет! – зловеще произнесла я. – Лучше подскажите, что рядом изобразить? Цветы как-то нелепо, писать "спасибо" не буду…
– Губы нарисуй, – посоветовала подруга, – мол, целую, червячок… ой, то есть Змееныш мой ненаглядный…
– Сильвия!
– Все, молчу, молчу, – быстро сказала она.
Я едва не зарычала.
– Ладно, нарисую кое-что, и он точно поймет!
Через несколько минут я предъявила им то, что получилось, и Берт снова прокомментировал первым:
– Знаешь, Лекса, я очень надеюсь, что у твоего принца богатое воображение, потому что червяк и пружинка – это последнее, что я принял бы за "спасибо".
– Это не пружинка! – возмутилась я. – Это гравировка на твоем, между прочим, браслете!
– Ах, вон оно что, – осклабился ящер, – тогда к рисунку нужно приложить устное пояснение, потому что если Змей все поймет самостоятельно – клянусь, я его никогда не съем, подобный экземпляр рода тарринского достоин жить вечно.
Я едва не зашипела:
– Между прочим, я ради тебя стараюсь!
Берт захлопал крыльями:
– Уверена? – и, кажется, даже подмигнул. Я сглотнула. Меня здесь точно никто не любит!
– Абсолютно уверена, – твердо ответила я. – Что бы вы не говорили, перерисовывать не буду, и так слишком много времени потратила. Только вот как ему это подсунуть? Под дверь? А вдруг заметит?
– На дверь, – посоветовал Джордан и полез в карман, а затем протянул мне маленький серый камешек, – артефакт, прикрепляется к любой поверхности, если на него слегка надавить. Пусть все знают, что червяк и пружинка…
– Джордан! – крикнула я.
– Молчу, молчу, – он тут же пошел на попятную, а я покосилась на Сильвию. Да, не зря они женятся… Но от первоначального плана не отступила, взяла у Джордана камень и гордо поднялась.
– Повешу ему на дверь и тут же вернусь, – заявила я.
– Змею привет, – отозвался Джордан.
– Надеюсь, все-таки спасибо скажешь, и от меня тоже, – заявил Берт.
– Много не целуйтесь, – хихикнула Сильвия.
– А мне одной спать будет удобнее, – вдруг сказала Сана, и я уставилась на сестренку. Что?!
– Вы издеваетесь, что ли?! – возмутилась я. Задумавшись на мгновение, метнулась к шкафу и быстро нашла нужный шарик. – Вот, видели? Зелье для отвлечения внимания! Так что ваши советы неуместны!
