— Как быстро время бежит. Казалось, что это было совсем недавно. А оказывается, что почти пять лет прошло. Ты ведь не думаешь…?
— Не знаю. Я был без сознания и не видел, как был ранен Талк. Но учитывая сколько времени о нём нет вестей, скорее всего он погиб.
На некоторое время я погрузился в задумчивость, вспоминая Талка, который погиб, защищая меня. Зес подошёл к моему бару и через пару минут вернулся с двумя бокалами.
—
—
Ещё некоторое время мы поминали нашего товарища. Он не стал нам другом. Однако он погиб, сражаясь с нами бок о бок. И хоть так мы отдавали дань уважения Талку Ка Дель.
— Что мне передал Анри? — спросил я, после того как сел за стол.
— Сразу к делам?
— Зес, выходные пролетят незаметно, и я очень рад, что ты вернулся, хотя думал, что после командировки в Египет и ввиду приближающихся летних каникул, ты с семьей останешься в Балакина…
— Я просто спросил, — перебил меня Зес. — У меня была мысль остаться там, но Анри погрузил меня в бюрократическую рутину. А здесь я могу заниматься совершенствованием своего мастерства.
— Ясно, — слегка ухмыльнувшись ответил я, после чего повторил вопрос. — Где отчёты Анри и Герека? Они у тебя с собой?
Он кивнул, после чего начал выкладывать их передо мной.
— Я знал, когда шёл к тебе, что ты попросишь их. Прежде чем начнёшь читать, ты должен знать, что в Балакина живёт египетский жрец.
— Почему вы не стали писать об этом в отчёте?
— Потому что мы нашли того, кто тебе нужен.
— Темная магия? Проклятия? — в нетерпении задал я вопросы.
— Думаю он владеет, как ты говоришь, темной магией. По крайней мере он смог оживить убитого им же воробья.
— А что показал артефакт? Какой стихией он одарён?
— Земля, — ответил Зес, и заметив, что я расстроился, добавил: — Но его жена была жрицей Осириса, и она была одарена стихией воды.
Эта новость меня и впрямь обрадовала. Даже если у него знаний больше по стихии земли, то всё равно он сможет объяснить мне принципы, по которым работает его магия.
— Какую плату он хочет за моё обучение?
— Исцеление его дочери. — Я ждал продолжения и Зес не заставил себя долго ждать. — Она потеряла зрение во время неудачного эксперимента. Его жена погибла, а дочь лишилась зрения.
— И никто не смог исцелить её?
— Глаза, как и половина лица, просто выгорели. Когда ты увидишь поймёшь, что не всё так просто. При этом, со слов жреца, проблема не в целителях, а в последствиях ритуала, из-за которого тело его дочери не принимает целительскую энергию, а развеивает её на подходе к ней.
— И Анри думает, что у меня получится ей помочь?
— Не знаю, — пожал плечами Зес. — Анри при разговоре с жрецом сказал тому, что если ты не сможешь помочь, то этого не сможет сделать никто в мире. И я склонен с ним согласиться.
— Ладно, — подумав произнёс я, и начал записывать в блокнот, — пусть Анри попросит жреца, чтобы тот сообщил какой ритуал собирались они провести. И его описание. Отправим копию Светлару, да и я постараюсь понять, как так получилось, что вокруг девушки появилось поле аннигиляции.
— Что прости? — нахмурившись спросил меня Зес. — Анни… чего?
Я усмехнулся поняв, что использовал понятие из прошлой жизни.
— Аннигиляция — это реакция превращения частицы и античастицы при их столкновении в какие-либо иные частицы. Просто я не верю, что энергия, направленная на девушку, уходит в никуда. Думаю, она преобразуется в нечто иное. Нужно самому посмотреть и тогда я пойму, что происходит.
— Тебе виднее, — с напряженным лицом ответил Зес, по-видимому не понявший ничего из того, что я сказал.
— Также я уверен, что жрец должен был после этого изучить сам ритуал, хотя бы попробовать понять, что пошло не так. Нужно получить его выкладки, чтобы, когда я приступил к лечению, я примерно понимал, что делаю.
— А ты думаешь, что твоя энергия тоже не достигнет тела девушки?
— Я не знаю. Надеюсь, что нет. Однако, если это произойдёт, то хочу быть готовым к этому. Уверен жрец станет более сговорчивым после исцеления его дочери.
Зес кивнул. После чего я погрузился в чтение большой стопки листов, исписанных Анри и Гереком.
С основной целью они справились. В мой город переезжал пятьдесят один специалист, которые будут работать в моей больнице. Вместе с ними перебирались многочисленные родственники, которые, в большинстве своём, были продолжателями сего дела.
Также на рабских рынках Александрии они смогли найти ещё девятнадцать одаренных. В частности, пять из них были целителями! Последнее было как нельзя кстати. У Корфа теперь появятся ученики, которых ему предстоит обучать, как когда-то обучал его и я.
В самом конце был отчет, на котором Анри поставил гриф
— Эта книга называется «Исход».