В комнату ворвалась альба, и Тоня едва не разрыдалась от радости.
– Аня! – взмолилась она. – Нашли на этих морок!
Лицо альбы удивлённо вытянулось:
– На следователя?
– Лишившись силы, хамелеон примет собственный облик, – пояснила Тоня, напряжённо стараясь удерживать сферы над полом.
Губы Ани растянулись в хищной улыбке:
– Давно мечтала это сделать!
Она подняла руки, и сферы Тони лопнули, а она сама упала на спину с такой силой, словно в неё врезалась метла. Она застонала и приподнялась, бросая взгляд на барахтающиеся тела. Толстяк, который остался в единственном числе, скрутил руки хамелеону.
Тоня посмотрела на Сергея, и на четвереньках поползла к нему.
– Серёжа! – прошептала она, и дыхание её замерло. Она приникла к его груди с отчаянной надеждой услышать звук его сердца. – Серёжа, очнись! Всё позади…
Он слабо застонал, и Тоня едва не захлебнулась от счастья. Жив!
– Тоня, – услышала она голос хамелеона и испуганно подскочила. Главу крепко держал за руки толстяк, но того это словно не волновало. Он не сводил пристального взгляда с Тони, и губы его саркастично искривились: – Сломать!
Тоня испуганно оглянулась на третью, Настину, сферу, и взгляд её натолкнулся на каменное выражение лица «пса». Тот стоял во весь рост, и не сводил с неё взгляда, морок альбы освободил и его, но почему-то не лишил силы. Тело Тони сжалось, словно её обмотали железными прутьями. Глаза полезли из орбит от боли, а из горла вырвался хрип.
Альба вскинула руки, и Фёдор зло рассмеялся:
– Морок не действует на «псов», глупая альба! Девка умрёт!
Толстяк затряс тело Фёдора, требуя прекратить это, но тот только хохотал в ответ. А Аня бросилась к «псу», но Тоня знала, что это бесполезно.
Ей казалось, что её тело попало под рухнувший дом. Каждую косточку её словно медленно дробили. Раздался страшный хруст, и она молила о скорой смерти молча, потому что не могла издать ни звука.
Под ногами её пронёсся чёрный вихрь, и появившийся невесть откуда Бумеранг встал между ней и «псом», и его боевой клич вдруг принёс ей облегчение. Тоня рухнула на колени, и в ушах её зашумело. Словно в тумане, она видела, как корчится тело «пса», и будто сквозь вату слышала вопли магокота. А потом всё погрузилось во тьму.
***
Тоня застонала, и веки её медленно открылись. Сквозь белый туман проявилось лицо со шрамом во всю щёку, и ярко-синие глаза Сергея весело смотрели на неё.
– Привет, – улыбнулся он. – Ты как?
Тоня прислушалась к своему телу и прохрипела:
– Странно, но я ещё жива!
– Действительно странно, – тихо рассмеялся он, но лицо его помрачнело. – Но главное, жива. После вчерашней ночи не все могут этим похвастаться…
Тоня сглотнула, но не отважилась спросить. Сердце её заныло, а глаза увлажнились. Сергей быстро добавил:
– Погиб Роман, отец Насти. Остальных удалось спасти. Но тебе досталось больше всех.
Тоня облегчённо вздохнула, и из глаз её всё-таки брызнули слёзы. Она хотела их утереть, но с ужасом уставилась на белый колышек вместо кисти. Спина её похолодела, а во рту пересохло.
– Это повязка, – пояснил Сергей. – С руками твоими почти всё в порядке. – Он горько усмехнулся, и глаза его потемнели: – В порядке… Что я говорю? Кожа сильно обгорела, да местами содрана… Магдок сказала, будет заживать не меньше месяца.
– Надежда? – Тоня скользнула взглядом по незнакомой комнате. – Где она?
Сергей хмыкнул:
– Отца твоего развлекает! Или он её… Не знаю, они там шушукаются уже битых два часа!
Тоня вздрогнула: отец. Так странно даже думать об этом! Она помотала головой, избавляясь от непривычного ощущения. Всё потом…
– А ты почему здесь? – подозрительно спросила она, упираясь взглядом в стену. – У тебя же помолвка!
Ответа всё не было, и сердце Тони билось всё чаще. В конце концом, она не выдержала и посмотрела на Сергея: тот улыбался.
– Ты сказала, что любишь? – приподнял он белоснежные брови. – Это правда?
Тоня судорожно вдохнула и снова отвела взгляд.
– Как только поправлюсь, я уеду из Магсквера, – тихо проговорила она. – Я не буду больше досаждать тебе.
– И ты даже не собираешься закончить остаток третьего курса? – иронично уточнил Сергей, и Тоня вздохнула. – Жаль! В Академии впервые выдали бы диплом мастеру Катастрофа! Ради такого зрелища и я бы доучился… ну да ладно, это всё мечты. Так куда поедем?
Тоня резко повернулась к нему. Синие глаза Сергея хитро блестели, а на губах играла улыбка.
– Твоё Обливино разносить? – весело продолжил он. – Или у тебя есть зуб на какой-нибудь другой посёлок? Можно попробовать взорвать границу…
– О чём ты говоришь? – с замирающим сердцем спросила она.
Сергей склонился к самому лицу Тони, и дыхание её замерло.
– Никуда я тебя одну не отпущу, – тихо проговорил он, и глаза его бархатно потемнели: – Даже не надейся!
И он приник губами к её рту, а у Тони засверкали звёздочки в глазах. Она обхватила замотанными руками его шею и прижалась так сильно, как только могла. Сергей лёг на неё и прижал своим телом к кровати…
– Кхе…
