– Было пару раз, – честно ответила я: врать ректору не хотелось. – Но совершенно неожиданно и уж точно не по моему желанию.
– Что именно? – он внимательно посмотрел на меня.
И под этим взглядом мне сразу стало неуютно. Может, не так уж я её и люблю, эту ментальную магию…
– Один раз услышала разговор за стенкой, – осторожно сказала я. – А второй раз прочитала мысли. Ну, то есть увидела картинку.
Я напряглась, ожидая следующего вопроса: что конкретно я видела. Но его не последовало.
– Читать чужие мысли считается неэтичным, – проворчал ректор, копаясь в своем столе. – Поэтому очень важная часть нашей с вами работы будет состоять в том, чтобы вы научились закрываться от фона, который вам совершенно ни к чему…
Я кивнула. Весь фон мне, конечно, совершенно ни к чему. А вот его малюсенький кусочек очень даже «к чему». Одной из моих целей, из-за которых я осталась на факультете артефакторов, было как раз то самое неэтичное чтение мыслей. Особенно мыслей декана Хорвирета.
– … Но это позже, – добавил он, продолжая раскопки. – Для начала вам нужно научиться владеть и управлять своим даром, то есть использовать его осознанно.
Ректор выпрямился, озадаченно пожевал усы, потом выдвинул самый нижний ящик и, повеселев, достал оттуда стопку карточек.
– Здесь нарисованы фигуры, – объявил он, раскладывая их перед собой рубашками вверх. – Я буду смотреть на фигуру и думать о ней, а вы должны будете назвать цвет и форму.
Тут же взял одну из карточек и внимательно на неё уставился.
– Синий треугольник! – ляпнула я первое что пришло на ум.
– Не пытайтесь отгадать, – покачал головой ректор. – Старайтесь проникнуть в мои мысли и увидеть. Я тоже ментальный маг, и сейчас совершенно открыт, так что задание совсем простое даже для новичка.
Попытайтесь проникнуть в мысли… Легко сказать! А как это сделать? Я сосредоточила взгляд на переносице ректора и какое-то время сверлила ее глазами. Не помогло. Никаких картинок не возникало. Напротив, в голову лезла всякая чушь.
– Сосредоточьтесь, – тихо сказал ректор.
Сосредоточиться? На чём? Я гипнотизировала его взглядом хороших минут пять, и вдруг что-то мелькнуло.
– Синий квадрат! Так? – воскликнула я.
Ректор молча повернул карточку. Там действительно красовался квадратик синего цвета.
Ох ты ж… У меня получилось!
А он взял новую карточку…
Из кабинета ректора я вышла через полчаса, уставшая так, словно всё это время двигала там мебель. Голова раскалывалась, и единственное, чего мне сейчас хотелось, – лечь и уснуть. А чего совсем не хотелось, так это столкнуться с Бернадетт.
Она все-таки нажаловалась, что я грозила ей Рыжиком, как только вышла из лазарета. Но ректор, видимо, решил, что тогда мне и без наказаний досталось, так что ограничился короткой воспитательной беседой.
Я собиралась, как обычно, молча пройти мимо. Мы никогда не здоровались, и не было ни малейшего желания что-то менять.
Но она внезапно перегодила мне путь и прошипела:
– Как ты это сделала?
В прищуренных глазах горела злость. Казалось, будь её воля – она испепелила меня этим взглядом.
– Сделала что? – не поняла я.
– Любовное зелье? Какой-нибудь хитрый амулет? Или ты его загипнотизировала?
– Кого, чёрт возьми?
– Магистра Рониура, кого же ещё! Не строй из себя дурочку! Как ты заставила его на себе жениться?
– А тебе-то какое дело? – опешила я.
И тут до меня дошло. Похоже, Бернадетт тоже входила в неофициальный клуб поклонниц загадочного магистра.
– Сначала ты увела у меня Эрмилину, а теперь ещё и его?!
Увела? Кажется, я многого не знаю о своём муже.
– У вас был роман? – вырвалось невольно.
Бернадетт стиснула зубы. Похоже, больше всего на свете ей хотелось сказать: «Да, был». Но…
– Мог бы быть! – процедила она. – Если бы ты не вмешалась!
Если бы да кабы… Я с облегчением выдохнула. Ужасно захотелось напомнить ей, что в подвале у старухи она оказалась потому, что предпочла магистру Рониуру какого-то другого аристократа. Но это были только мои догадки, так что я промолчала. Шагнула в сторону, чтобы обогнуть ее и отправиться дальше…
– Но есть и плюсы… – мстительно ухмыльнулась Бернадетт. – По крайней мере, я верну себе Эрмилину. Служанка, которую ко мне приставили, просто невозможная тупица. Эрмилина, конечно, тоже умом не блещет, но после должной дрессировки вполне потянет.
Дрессировки?! Чёрт! Я ведь собиралась поговорить об Эрмилине с магистром Рониуром или с магистром Теркиретом, но из-за дурацкой кутерьмы с переездом это совершенно вылетело у меня из головы.
– Спасибо, что напомнила, – сказала я и со всех ног рванула к кабинету ректора.
Я застала его уже в дверях.
– Простите, можно вас о чём-то попросить?
– Попробуй, – усмехнулся ректор.
– Эрмилина, моя помощница… Не отдавайте её Бернадетт! – взмолилась я.
– Насколько мне известно, у Бернадетт уже есть помощница.
– Да! Но она хочет вернуть Эрмилину!
Кустистые брови удивленно приподнялись. А потом сошлись на переносице.
