— Похоже, именно для того избранная появилась и всю эту шумиху с наговорами на Лику устроила. Все, чтобы отвлечь наше внимание от леса, в котором постепенно скапливались силы врага, — ректор вздохнул.
На мой взгляд, он стал выглядеть еще старше, чем был. Ну а как тут раньше времени не состариться с таким весельем. Избранная, на которую все надеялись, оказалась прихвостней местных магических террористов. Академия в осаде. Все здесь остались без магии. И надежды-то толком никакой нет. Кроме непонятного Альянса.
Словно прочитав мои мысли, тот преподаватель, который в свое время телепортировал меня в бестиарий, мрачно добавил:
— Если силы Альянса не успеют до того, как защитный барьер исчезнет, всем нам конец.
Ректор уже открыл было рот, чтобы что-то ему возразить, как вдруг слово взял до этого молчавший сухонький старичок. Мне так вообще казалось, что он с самого начала совета бессовестно посапывал в своем кресле.
— Успеет Альянс или не успеет… Пробьют защиту раньше или не пробьют… — Его спокойствие могло посоперничать только со спокойствием Савельхея. — Мы до этого все равно не доживем.
— Почему? — спросили остальные хором. И я в том числе.
— Потому что Ничто движется все быстрее. Оно уже пожирает лес со всех сторон. Дня два-три и доберется до академии. А ему что Альянс, что Братья Арханов, что магический барьер — все равно, — старичок зевнул.
— Погодите, — не удержалась я, — так зачем вообще было возводить здесь академию, если постепенно на это место Ничто наползало?
— Раньше оно не перемещалось, — мрачный Августис покачал головой. — Тысячелетия граница оставалась на одном месте. Ничто начало разрастаться совсем недавно.
— А из-за чего? — не унималась я.
— Видимо, из-за того, что сила хранителя не попала к избранной, — предположил ректор. — Ведь все началось именно в тот день, когда Николетта должна была оказаться здесь и не оказалась.
— Какая теперь разница, как и почему это произошло, — вмешался нервно расхаживающий по залу Элимар. — Нам необходимо решить, что же дальше делать! Почтенный Деис абсолютно прав, Ничто доберется до нас раньше того, как силы Альянса освободят проход к порталу.
Он подошел к столу и, упершись в него руками, оглядел сидящих пытливым взглядом:
— Я вижу только один выход — Призма Имелата.
Я тут же вспомнила, как мы с Боней, замаскировавшимся под Элвиса, предыдущий совет преподавателей подслушивали. Элимар ведь тогда тоже упоминал эту Призму. Но в тот раз для того, чтобы выяснить способности «избранной». Я хотела спросить, что же это за штука такая универсальная а-ля «от всех бед», но Августис спешно возразил Элимару:
— Это слишком рискованно!
— А сидеть, ожидая Ничто, не рискованно? — менталист скептически приподнял брови. — Августис, послушайте, вы же знаете мои возможности. С Призмой Имелата я смогу избавиться от окружившей академию армии. И мы сможем беспрепятственно вывести студентов через портал до того, как это место вообще перестанет существовать.
— Я, наверное, чего-то не понимаю, — вновь влезла я. — Неужели армия этих Братьев сама не уберется, едва завидев, что Ничто подступает?
— Ох, Лика, — Элимар устало вздохнул, — если бы все было так просто… Они же наверняка не за один день сюда переместились. Постепенно силы в лесу стягивали. Так что прекрасно видели медленно наползающее Ничто.
— Что же тогда им так сюда приспичило, раз они даже этого не испугались? — растерялась я.
— Вот сходи и спроси у них сама, — проворчал незнакомый угрюмый преподаватель. — А то надоела уже своими бесконечными вопросами… кхх-хх… — он вдруг резко закашлялся, словно собственными словами подавившись. Зуб даю, это стоящий у окна Савельхей удостоил его ласковым взглядом.
Начался спор. Преподаватели разбились на два лагеря. Одни соглашались с предложением Элимара по поводу применения Призмы. Другие же считали это необоснованным. Августис хмуро молчал и, кажется, не особо слушал сыплющиеся со всех сторон доводы.
— Все, хватит! — наконец, резко оборвал он спорящих. — Дня три у нас еще точно есть. Подождем. Если силы Альянса не подтянутся, тогда, так и быть, используем Призму Имелата. А пока, главное, не допустить паники и беспорядков среди студентов. Займитесь этим.
Когда преподаватели вышли, в зале совета остались лишь мы втроем. Августис сидел за столом, подперев голову руками, словно она вдруг стала непомерно тяжелой. Савельхей опустился в кресло рядом с моим, источая непробиваемую невозмутимость. А я предавалась мрачным размышлениям.
— Нам всем конец, да? — я все-таки решилась уточнить свои выводы.
— Да, — бесцветным голосом подтвердил ректор.
— А эта Призма?
— Имелата? — Августис поднял на меня тусклый взгляд и невесело улыбнулся. — Нет, Лика, никакие артефакты здесь не помогут. Даже Призма.
Он встал и подошел к окну. Глядя на искрящуюся завесу магического барьера, тихо произнес:
