И может это не совсем правильно, но… мы пошли смотреть.
Сначала быстро и тихо пробежались по дорожке к тропке, которая
сворачивала направо и по которой Ри увела несопротивляющуюся
жертву коварной мести истинно мстительных дроу. И вот по этой
тропинке мы уже крались – Юр впереди, я за ним. И мы крадемся,
пригибаясь под ветками, потому что территория то заброшенная, а
потому деревьями заросшая, и крадемся, и видим стену. Здесь
когда-то городской район был, после нападения скаэнов семьдесят
лет назад оказался полностью разрушен - духи хранители сами
восстановить не смогли, но и строить что-либо на этом месте не
позволили. В итоге в центре Ардама имеется парк с живописными
развалинами, и вот у одной из развалин и увидели мы невероятную,
по сути, картину! Окено решительно прижал отчаянно
сопротивляющуюся темную эльфийку к стене, обе ее руки были
вздернуты вверх, и старший следователь удерживал их обхватив
тонкие запястья одной рукой, вторая его ладонь удерживала личико
сопротивляющейся девушки, ну а все вышеуказанные действия
целью имели страстный и уверенный поцелуй. Который к моменту
нашего появления и присутствовал.
- И что мне делать? - прошептал, хохотнув, Юрао. - Как брат я
обязан вмешаться, а мужская солидарность предписывает встать на
стреме. Что делать будем?
- Даже не знаю, - прошептала я, глядя, как одна из ручек Ри
опускается, чтобы обвить шею мастера Окено.
- Вот и я о том же.
В это время и вторая рука темной эльфийки обняла не
прерывающего поцелуй старшего следователя.
- Вот мы, мужики, всегда так, - начал Юрао, осторожно утаскивая
меня обратно на тропинку так, чтобы целующиеся не заметили, -
когда любишь, смотришь на нее и надышаться не можешь. Робеешь
от каждого слова, от каждого взгляда, как мальчишка. А вам только
решительность и настойчивость подавай.
У стены раздался стон. Мы с Юрао разом посмотрели в
направлении влюбленных и узрели смену дислокации рук мастера
Окено - они благополучно заняли позицию на тонкой талии Ри.
- Говорил я ему сразу, - продолжал сокрушаться дроу, - схватил,
через плечо перекинул, сказал «Моя» и чтоб не дергалась даже.
Потому что женщины любят сильных и решительных. А он что?
- Что он? - мне просто было интересно.
Юр мне не ответил, и мы, пригибаясь, покинули обитель
примирившихся возлюбленных. Вышли с другой стороны парка,
уже на дорогу, и Юрао, довольный и щурящийся от яркого солнца,
сделал мне предложение:
- Пошли работать.
Наглость дроу превосходит их мстительность! Многократно.
- Что? - искренне изумился он. - Я тебя от свидания с большим
количеством трупов спас? Теперь ты меня спасай от гномов. И,
между прочим, нам еще на свадьбу поход предстоит. И не вздумай
отказываться, такие мероприятия полезны для дела, так что не
возражай. И вообще, где Нурх?! Уволю морду лошадиную!
Я рассмеялась. Настроение сегодня стало замечательным, но все
же:
- Юр, меня едва не отчислили, и поверь…
- Верю, - меня подтолкнули к карете, едва подъехавшего Нурха, -
верю, но сомневаюсь, что Окено сейчас имеет хоть что-то против
твоего рядом с ним отсутствия. Все, Дэй, не ной, у нас еще дел на
сегодня - Бездна мирно отдыхает. А Окено в любом случае
прикроет.
После недолгих раздумий я пожала плечами и направилась к
карете, под приветственный говор Нурха:
- Госпожа Риате, так рад вас видеть. А вы еще живы? Слушайте,
вот как у вас люди без охраны-то выживают?
- Молча, - беззаботно ответила я.
*****
Дело номер четыре, в заведенном нами с Юрао реестре.
- Итак, мастер кожевник Рут, - зачитал партнер, - это рядом, но
чего Нурх будет стоять без дела.
- А я бы прошлась, - задумчиво отвечаю, просматривая дело номер
два, то самое в котором мастер Шуттан, владелец кулинарии и
чайной, сообщал о поселившемся в его доме приведении. - Юр, а
что с допросом Логера?
Все что мы узнали после невероятного спасения адепта, так это тот
факт, что раньше его держали в другом подвале, и вдруг, за два дня
до нашего обнаружения пленника, его перевели под жилище
Игарры Болотной и даже перестали кормить. И вот что-то мне в его
рассказе сразу не понравилось, но я и тогда и сейчас не могла
понять что именно.
- Логер особо ничего рассказать не смог, - Юрао подошел, уселся
на край моего стола, отобрал дело номер два и вчитался. – О
времени своего первого заключения не помнит ничего, про
убийство - крайне смутно, о зародыше вообще никаких
воспоминаний. Дэй, что не так?
- Да я вот все думаю, - вообще чаю хотелось, но Ри не было, так
что вот о чае я решила не думать, - так вот, смотри – Гнев Солнца,
если способен уничтожать артефакты, значит и стабильные
магические заклинания так же, да?
Из нас двоих магом был именно Юрао, так что его ответ был
значим:
- Давай так, - он нахмурился, - Гнев Солнца заклинание особое, и я
до недавних событий полагал, что его высшая степень - пятая,
сверх степень - седьмая.
- А мы имели дело с девятой, - вспомнила я слова Счастливчика.
- Да, Наавирр мне говорил, но суть в чем - по идее может, тут ты
права, потому что уже в пятой степени сжигает практически любой
магический щит.
- Белая магия вообще крайне опасна, - я вздохнула и, потянувшись,
вернула папку с делом номер два.
