было, была тоска, и боль, и какое-то отчаяние. И вот знаю, что
потом пожалею об этом, но если быть откровенной, Эллохар ни
разу мне в просьбах не отказывал, так имею ли я право на отказ…
- Несколько минут у меня есть, - пробормотала я, и, обнимая
стопку учебников с тетрадями, подошла ближе к
преподавательскому столу, оставшись на уровне первой парты.
Не знаю, как отреагировал лорд, я не смотрела на него, я почему-то
упорно разглядывала пол под ногами, пока неяркий свет не привлек
мое внимание. Вскинув голову, увидела, как Эллохар сверкающей
ладонью касается виска закрывшего глаза и напряженного Тесме.
Вспомнила собственные ощущения от подобного, неприятный
холодок прошелся по спине. Некоторое время в аудитории царила
тишина, а Тесме все сильнее сжимал зубы, чтобы не застонать.
Затем Эллохар произнес:
- Тьер оказался прав, вам стирали память. Один раз, достаточно
грубо, стык реальности заметен. Очень грубо. Сейчас у нас два
варианта - я могу оставить как есть, и неприятные ощущения
прекратятся, могу восстановить утраченные воспоминания…
- Восстанавливайте, - прошипел Тесме.
Усмешка и с налетом превосходства:
- Мне импонирует ваше желание контролировать собственную
память, но должен предупредить - процессу восстановления
сопутствует невыносимая боль, это первое. И второе - на вашем
месте я не стал бы стремиться к обретению данных конкретных
воспоминаний. Ничего приятного в них нет, магистр, поверьте.
Но даже я знала, что Тесме скажет:
- Восстанавливайте!
Эллохар устало покачал головой, затем все так же с усмешкой:
- Когда насладитесь всей гаммой чувства вины, так и быть, я отвечу
на призыв Дары и сотру вашу память заново. Сейчас возьмите
тетрадь, и сожмите зубами.
- Я сдержусь, - прорычал магистр.
- Или вы сделаете, как я сказал, или я вас оставлю, - выдвинул
ультиматум Эллохар.
Тесме схватил толстую тетрадь, ожесточенно прикусил ее зубами,
сжал кулаки… и приготовился. Было видно, как дрожит от
напряжения его тело, как стекают капли пота со лба. Эллохар
усмехнулся, закрыл глаза, и сжал голову магистра. И почти сразу
Тесме зарычал, так отчаянно, так жутко, дернулся. А потом начал
вырываться с такой силой, что казалось, Эллохар его не удержит,
но лорд, грустно улыбаясь, продолжал восстановление памяти…
Минута за минутой… И я стояла застыв в странном оцепенении,
боясь даже пошевелиться и искренне жалея, что не ушла.
И вдруг Тесме закричал, сквозь стиснутые зубы крик получился
глухим, но от того еще более жутким, и он был последним…
Эллохар разжал руки, и Тесме повалился на стол, сотрясаясь от
словно разрывающих его рыданий. Он выплюнул тетрадь, а после
сжал руками кулак и замычал - глухо, страшно, отчаянно…
- О, Бездна, - простонала я, едва сдерживая слезы.
Эллохар услышал, печально посмотрел на меня, затем положив
руку на плечо мычащего от осознания чего-то ужасного Тесме,
негромко, но убежденно произнес:
- Я последний кто вас осудит, магистр. Приз оказался слишком
значим для лишенного магии, и на вашем месте так поступил бы
практически каждый.
Не знаю, что имел ввиду Эллохар, но Тесме это не утешило.
- Как я мог? - простонал преподаватель. - Как я мог…
И я все поняла! Сагдарат - проклятие, о котором не пишут
учебники, но о котором знал магистр! О, Бездна!
- Как я мог… - стон, полный отчаяния, Тесме, похоже, сам себя
был простить не в силах.
Эллохар посмотрел на меня, вновь на магистра, тяжело вздохнул и
небрежно постучал того по плечу. Когда раздавленный осознанием
преподаватель обернулся, лорд чуть наклонился, и проникновенно-
доверительно прошептал:
- Слушай, мужик, давай откровенно - раскаяние и самокопания не
в духе темных, не позорь империю, это раз. Ну убил ты ведьму, ну
да, косяк, и что теперь? Можешь упиваться осознанием
собственной вины, можешь вернуться и отработать. У них с
численностью напряг значительный, и сильному здоровому мужику
всегда рады. Так что прекращай истерить, смотреть противно.
Сделал гадость, будь мужиком, исправляй последствия.
После данной тирады Тесме так и застыл, потрясенно глядя на
Эллохара, тот потрепал его по плечу и добавил:
- Все, намотал сопли на кулак и взял себя в руки. И давай то
проклятие, что для косого разрабатывал, оформи мне на бумаге,
сестричке покажу, спрошу профессионального ведьминского
мнения. Через час зайду.
И лорд директор школы Искусства Смерти преспокойно
направился ко мне и подтолкнул к выходу. И главное я пошла, даже
без возражений, на них никаких сил просто не осталось.
****
Мы так и вышли - я впереди, Эллохар на шаг позади меня. Но едва
магистр закрыл дверь в лабораторию, обогнал, вынудив
остановиться, прикоснулся к подбородку, заставляя посмотреть на
себя и едва наши взгляды встретились, тихо произнес:
- Спасибо.
Я, пожав плечами, отступила на шаг. Мы постояли так некоторое
время, затем Эллохар вдруг спросил:
- Как ты сумела договориться с Эа?
- Вы хороший учитель, - не глядя на него, ответила я.
И снова неловкая, тяжелая, гнетущая тишина. И совсем
неожиданное:
- Прости меня…
- За что? – прижимая книги сильнее, спросила я.
- За мое поведение в той таверне. За то, что испугал тебя. Прости, я
не хотел.
