Арарсар - они были прекрасны! Тонкие, гибкие и их кожа словно сверкала! Первым шел мужчина с длинными светлыми волосами почти до пояса, его волосы сияли в свете ламп. Второй шла женщина, ее волосы были чуть темнее, но глаза... Огромные, умные и миндалевидные глаза... в которых была печаль... И только тут я заметила их конвоиров. Я совершенно не заметила дознающих, потому что любовалась нашими заклятыми врагами, которых нельзя было ненавидеть. В арарсар не было злобы, не было ненависти, только грусть и... боль! Когда они подошли ближе, я поняла, что их били... Долго и жестоко. У мужчины лицо было в кровоподтеках, а из порезов на его белоснежном комбинезоне капала кровь, которую я издали, приняла за узор на костюме! А женщина... у нее были припухшие губы и израненная шея... Но губы... неужели они...
Дознающие остановили арарсар, едва поравнялись со мной, испуганной и вжавшейся в стену. Один из них шагнул ко мне, и больно схватив за запястье, зло спросил:
- Кто вы и как проникли на нулевой уровень?
Нулевой уровень... секретная территория, вход на нее запрещен! Я переводила взгляд с дознающего на женщину арарсар и вдруг заметила на его серо-черном мундире длинный белоснежный волос, запутавшийся в застежке мундира...
- Подонок! - простонала я сползая по стенке вниз. Он вздрогнул, бросил взгляд на женщину арарсар. Я поняла, что мои предположения верны. И это был уже крик. - Грязный, жестокий насильник!
Дознающий яростно сузил глаза и занес руку для удара... Я знающая! А он обучался в академии Ранмарн!
- Тхар! - дознающие замирают испуганно глядя на меня. Да, это подло, я знаю. Мы не имеем права использовать подобное. Это слово использовали всегда, если детей наказывали. Знающие вырабатывали условный рефлекс на это слово, произнесенное с определенными интонациями, и сейчас я воскресила в них настоящий детский ужас.
- Знающая! - дознающий отпрянул от меня, и с ужасом смотрел, как я поднимаюсь. - Что вы здесь делаете, маноре?
Впервые в жизни я испытывала желание убить... Я смотрела на дознающего, который похоже был старше моего отца, и мечтала его убивать... долго, мучительно, чтобы он понял всю боль женщин, которым причиняют боль! Но я не имела права убивать... хоть и могла...
- Вы не можете... - голос срывается, с трудом пытаюсь выговорить.- Так нельзя... нельзя так! Они же живые, а вы... Как можно?
В моих глазах слезы, я понимаю, что произошло и не могу понять... Дознающий молчит, медленно расплываясь в моих глазах, потому что сквозь пелену слез я плохо вижу. Закрываю глаза, позволяя слезинкам, скатиться по щекам и снова смотрю на него...
- Они враги, маноре, - тихо произносит дознающий, - они враги Талары! Они наши враги!
Смотрю на него и говорю, что вижу. Нас учили определять, когда ребенок лжет. И сейчас я разговариваю с ним, как с ребенком:
- Ты лжешь! Ты сам знаешь, что это ложь... - он вздрагивает, зубы его сжимаются, пытается что-то сказать, но я останавливаю его жестом.- Тебе самому не противно?! Не противно от того, каким ты стал чудовищем! Недостойным чудовищем!
Что я делаю? Я же ломаю его психику... так нельзя! Нельзя! Но то, что он сделал с этим божеством, разве так можно? Где она грань наказания? Он сломал ее, но имею ли я право, ломать его сознание? Если я сломаю его, я стану как он... Как все они... И я буду ненавидеть себя за это...
Бросаю взгляд на женщину арарсар - она мне улыбается! Словно поняла и мой порыв и то, что я остановилась... Как же ты прекрасна сияющая женщина и в тебе совсем нет ненависти... ты тоже не хочешь стать, как они... И мы похожи с тобой в этом стремлении простить и забыть, но только не ненавидеть...
- Маноре Манире! - по коридору, из противоположной от конвоиров стороны бежит Агейра, - Это спутница командующего Шао, она неприкосновенна! - Агейра подбегает ближе. Смотрит, как по моим щекам текут ручейки бессильных слез и когда начинает говорить, в его голосе ярость.- Дознающий Харган! Что вы себе позволяете?
Странно, сквозь слезы замечаю, что Агейру он испугался даже больше, чем меня.
- Атакующий Агейра, я лишь спросил... посторонняя на секретном уровне... и я...
- Ступайте,- холодно оборвал его Алес, - вас уже ожидают...
И они ушли... почти сорок дознающих и всего двое невыразимо прекрасных арарсар... Их же будут пытать и... и даже...
- Стойте! - я вскакиваю с единственным желанием остановить это безумие и помочь прекрасной женщине с такими добрыми глазами.
- Молчи, тихо! - Агейра зажимает мне рот, прижимает к стене, а я смотрю на женщину арарсар, которая обернулась, словно прощаясь... И это не правильно, я должна помочь! Должна! Но атакующий продолжает удерживать меня, очень бережно, но крепко, так что я могу лишь бессильно биться в его руках. - Лирель, ты не поможешь... Лирель... - он обнимает, терпеливо пережидая и мою истерику и то, что в порыве бью его кулаками, пытаясь вырваться.- Маленькая отважная, Лирель... Ты ничего не сможешь сделать, моя добрая девочка...
Я знаю... Знаю! Но мне так больно! И я всхлипываю, уткнувшись в его мундир, бессильно прижавшись к нему и пытаясь успокоиться...
