Студентки сходят с ума в преддверии бала, который обещают посетить семеро правителей Темных Королевств и наш император в придачу. Парни сокрушаются, что восхищение сокурсниц вызывают не они. Академию осаждают целые толпы несчастных, умоляя их исцелить. Количество ночных незваных гостей в моей комнате продолжает расти. Двое добиваются от меня ответных чувств, но обоим нужна та, которой я была в прошлой жизни. Или все же дать им возможность узнать меня настоящую? Разобраться в чувствах, овладеть новой силой – в Академии Равновесия как никогда интересно!
Меня разбудило ощущение чужого присутствия. Веяло тьмой. Сильной тьмой, очень похожей на ту, что окутывает Альвеира, но все же иной. Раньше я могла бы спутать, не заметить разницы. Но не теперь.
Однако страха не испытала. Открыла глаза, приподнялась на локте и с любопытством воззрилась на стоящего подле кровати ночного гостя. Стоит заметить, третьего за неделю. Причем Альвеир ко мне с момента разоблачения не заходил, а Крис еще ни разу не появлялся с тех пор, как я стала фениксом света.
Надо же, этот не скрывал лица. По крайней мере, не использовал магию. В ночи я смогла рассмотреть только светлую, белеющую в темноте кожу, резковатые черты лица, хищный заостренный нос и красные отблески в глазах.
– Ты не боишься? – удивился незваный гость, изучающе рассматривая меня. В его взгляде читалось любопытство.
– А должна? – я оставалась невозмутимой. Третий лорд аркахон, завалившийся на этой неделе в мою комнату, чтобы, вероятно, поглазеть на новоиспеченного феникса света, не вызывал почти никаких эмоций. Разве что досаду. Опять мешают спать. Мне на занятия не с первой пары, но все же хотелось бы отдохнуть.
Несмотря на внешнюю расслабленность, ощутила внутри знакомый жар магии света. Она готова откликнуться, если вдруг потребуется защищаться.
– Нет, не должна, – ответил аркахон и мягко подошел чуть ближе, как будто подкрался. – Я не причиню тебе никакого вреда. Но ты – феникс света. А знаешь, кто я?
– Полагаю, лорд аркахон, один из семи правителей Объединенных Темных Королевств.
– Верно. И разве ты не чувствуешь дискомфорта в моем присутствии?
– Честно говоря, я просто хочу спать.
– Еще не восстановилась? Может быть, дело именно в этом? – последний вопрос он, кажется, задавал самому себе.
– Я вас не понимаю.
Я начала раздражаться. Мало того что спать не дает, разбудил своим вторжением в комнату, так теперь еще над загадками какими-то размышляет.
– И вправду не боишься, – хмыкнул аркахон, качнув головой. – Ты феникс света. И магию тьмы должна чувствовать очень ярко. К тому же для создания света ощущение это весьма неприятное.
– Вот как? – я всерьез озадачилась. Раздражение усилилось. И как теперь спать, если приходится голову включать, раздумывать над странным своим поведением, а вернее, мироощущением? Окружающую магию я теперь на самом деле чувствовала намного ярче, но никакого дискомфорта сейчас не было.
– Фениксы света не любят тьму, – подтвердил аркахон.
– А вы так хорошо разбираетесь в фениксах света? – Я села в кровати, продолжая сверлить незваного гостя взглядом. Похоже, придется с ним поговорить. Возможно, удастся узнать информацию, которая мне пригодится в дальнейшем. О фениксах света на данный момент, к сожалению, мне до сих пор мало что известно.
– Увы, – он развел руками. – К сожалению, любую информацию о фениксах света приходится собирать по крупицам. Таких, как ты, в нашем мире не было очень и очень давно.
Подумалось, что все-таки придется выяснить, сколько Альвеиру лет. А так не хотелось затрагивать этот вопрос, чтобы собственную психику не травмировать!
– Но были?
– Были. Только я не встречал, – аркахон загадочно улыбнулся. Правду говорит? Или обманывает?
– Так почему вы заинтересовались этим вопросом?
– Ну как же… явление феникса света – слишком значимое событие для всего мира, чтобы его можно было проигнорировать.
А вот это я уже слышала. Говорят, фениксы света не появляются просто так. И если феникс света родился, значит, он нужен миру. Только моя ситуация совершенно иная. Не для великой цели Иливейна, мое прошлое воплощение, оказалась на пути становления фениксом света. Она всего лишь хотела вернуть к жизни погибшего возлюбленного. Хотя, может быть, Лэран и был той великой целью, значимой для всего мира? Мы размышляли над этой версией. Но размышления – не более чем наши предположения.
Однако слова аркахона мне не понравились, потому как в них почудился неприятный намек. Или это воображение спросонья разыгралось?
– А с чего бы именно вам интересоваться фениксом света? – спросила я, невинно хлопнув ресницами.
– Благополучие мира влияет на благополучие в Темных Королевствах. И наоборот, – с загадочной улыбкой произнес аркахон, а спустя мгновение без всяких предупреждений превратился в сгусток тьмы и рассеялся в воздухе подобно клубам дыма.
Некоторое время я еще вглядывалась в темноту комнаты, но чужого присутствия больше не ощущала. Решив положиться на обострившееся чутье, перевернулась, натянула повыше одеяло и сразу заснула.
Утром, поборов желание на все наплевать, я заставила себя выползти из постели и собраться к общему завтраку. Тому самому, который начинается для тех, у кого занятия с первой пары. Лично у меня первая пара автоматически отменилась, поскольку у всей группы это практика. Очень хотелось верить, что не суждено посещать практические занятия мне только до конца недели, как обещали оптимистичные прогнозы касательно стабилизации.
