— Что ж, хорошо. Мы с эти позже разберемся — Зирак заговорчески улыбнулся, что лично я расценила, как обещание оказать помочь и хотя бы смягчить наказание.
— Где камень? При обыске мы его не нашли — вдруг решил поучаствовать Верховный Лобэль.
— Эм…он у Адриана — пропищала ему в ответ. Он в одно мгновение вспыхнул и подскочил ко мне. Я одернулась, словно ошпаренная.
— Моему сыну отдала?! — кричал он мне в лицо, распаляясь все больше и больше.
— В Королевском дворце ему ничего не угрожает! — глупое объяснение, но другого у меня нет. Он стоял и смотрел на меня, с огромными от злости ноздрями, из которых вот-вот пойдет пар.
Декан устало потер переносицу.
— Знаешь, Эриан…я уже начинаю привыкать к тому, что каждый раз, когда что-то происходит, ты так или иначе с этим связана. Вдобавок к этому, оказывается, я знаю не обо всем, что происходит в этих стенах, и частично за ее пределами.
— Интересная теория. Думаю, ты права. Когда Даат ушел из Академии, забрав некоторых студентов с собой, их связь с Академией была разорвана, и мы не знали, как их отследить. Полагаю, он все это время забирал студентов, а мы считали их погибшими — Верховный Зирак размышлял, смотря куда угодно, но только не на декана, который с каждой новой фразой, все меньше мог контролировать свои эмоции.
— Получается, любой студент может быть предателем. И мы даже не знаем, как их вычислить — декан был почти в панике. На его скулах играли желваки, пока он пытался переварить услышанное.
— Я знаю, как выяснить… — скромно заговорила я. Все резко развернулись и стали прожигать меня взглядом.
— Как?! — воодушевился декан. И я продолжила.
— Сфера перемещения. Она завязана на крови и нужна, чтобы переместиться к Даату без угрозы быть пойманным, ведь время там течет иначе и пропажа студента таким образом маскируется. Те, у кого есть такая сфера…
— Служат Даату — закончил фразу Верховный Зирак.
— Решено — декан резко вскочил — Мы обыщем всех и найдем предателей.
Глава 26
Путы на моих руках, наконец, исчезли. Я покинула кабинет с одной единственной мыслью: нужно уничтожить документы, в которых говорится о причастности отца к клану. Хорошо, что я носила их с собой, и никто не стал меня обыскивать.
— Постой! — крикнул мне в след Верховный Лобэль. Я остановилась и закатила глаза, стоя к нему спиной — Держись подальше от моего сына! — развернувшись лицом к нему, я скрещивая руки — Ты хоть представляешь, какие могут быть последствия?
— Я не допущу, чтобы с ним что-то случилось — крикнула в полголоса, боясь, что кто-нибудь нас услышит. Да мне и наедине нельзя с ним так разговаривать, этот старик начал выводить меня из себя — Спасибо, что и обо мне
Лобэль подошел ближе, опасно нависая надо мной.
— Я не обязан о тебе печься. Что мне дело до почти мертвой девчонки? — странно, но выражение его лица резко поменялось, он успокоился и заговорил ровно, монотонно — Всегда приходится чем-то жертвовать. Или кем-то.
Неужели это и значит быть Верховным? Быть расчетливым, холодным и бездушным? Ведь Зирак тоже не так прост. Да, он прикрывает меня и учит, но может это лишь для того, чтобы я исполнила свое предназначение. Кто знает, как бы он ко мне относился, не будь я так важна.
— Почему вы думаете, что я не справлюсь с Даатом? Я дала вам повод во мне усомниться? Или в моей силе? — мне стало обидно. Всегда. Всегда все во мне сомневаются. Да докажи хоть сто раз, что я сильным маг, им все будет мало.
— Пророчество исполнится, вы оба умрете. Не выдумывай, что сможешь что-то изменить — и снова этот злобный, презренный взгляд.
— Ч-что?…В пророчестве не сказано, что я погибну или мы оба… — до меня вдруг доходит смысл его слов, сметание сменяется беспокойством. Я внимательно смотрела в глаза Верховного, в которых мелькнул страх, от сказанного под влиянием эмоций. Того, что видимо мне нельзя было знать. И вот тогда меня начинает одолевать паника — Что все это значит?!
— Разорви с ним отношения. Это мое последнее предупреждение — на его угрозу я лишь злобно сузила глаза — Я скажу ему, чтобы он вернул тебе камень.
— Стойте!! — голос почти сорвался от моего крика. Я выпалила это, даже не думая о последствиях. Несколько студентов вдалеке обернулись на крик. Отлично. Сначала арест, потом я стою и кричу на Верховного при всех.
Он развернулся и поспешно покинул коридор, больше не сказав ни слова. Секунда и он скрылся за яркой вспышкой света портала, оставив меня в оцепенении. Если уж этот вспыльчивый, не терпящий неуважения старик убежал, сверкая сапогами, значит, он считает, что действительно серьезно проговорился.
Я с минуту стояла на месте, сжав кулаки, пытаясь унять гнев. Как же надоело! Опять что-то скрыли. Как Зирак мог так со мной поступить? Показал мне кусок пророчество, уверил, что я особенная, а оно вот как оказывается. Может я даже не видела настоящее пророчество? Он показал то, что выгодно было ему.