— Ты считаешь, что можно из человека просто выскочить, как пробка из бутылки? — снисходительно посмотрел на меня леший. — Освободиться не так легко. Хорошо, если за несколько дней сможешь отцепиться. А ещё тяжко приходится, если экзорцисту попадёшься — когда духа силой из человека выдёргивают, от него тоже мало что остаётся.
— Но духи всё равно рискуют и вселяются. Вот ты, например.
— Мне чудом удалось вовремя соскочить. Обычно это для духов плохо кончается.
— Понимаю, — догадался я. — Кровь как наркотик, и мало кому удаётся вовремя остановиться.
— Верно, — признал леший. — Мало у кого получается, а одержимые вообще долго не живут.
— И сколько же лет ты по нашему плану гуляешь?
— Зачем мне ваши годы считать? — усмехнулся лесной. — Но в галльской войне я поучаствовал.
— Это про которую Цезарь писал? — поразился я.
— Он больше себя хвалил, чем про войну писал, — презрительно фыркнул дух. — Если из его писанины всё враньё выкинуть, там разве что десяток страниц останется.
— А, значит, ты за галлов воевал, — догадался я. — А Цезарь вам настучал, стало быть.
Леший застыл в немом возмущении.
— Ладно, ладно, шучу, — я поднял руки в примирительном жесте. — Врал он всё, и вообще победил нечестно.
— Всё спросил, что хотел? — недружелюбно отозвался леший.
— Нет, есть ещё вопрос, — улыбнулся я. — Расскажи мне о Светлой Госпоже, Ингвар.
Лесной застыл. После долгого молчания он, наконец, спросил:
— Зачем тебе это знать?
— Мне интересно.
— Интересуйся чем-нибудь другим. Всё, человек, до свиданья. Присылай своих слуг с планами.
С этими словами леший исчез. Я со вздохом встал и сказал Ленке:
— Вот теперь домой.
— Ну и зачем тебе все эти вопросы? — спросила Ленка, поднимаясь и отряхиваясь.
— А тебе разве не интересно знать, как устроен мир? — в ответ спросил я.
— Я и так знаю, как он устроен, — снисходительно фыркнула Ленка. — У меня есть мужчина, и он меня любит. Значит, мир устроен правильно.
Летописание и историю[14] нам преподавал Горазд Сагал — еврей совершенно типичного, даже немного карикатурного вида, в сочетании с которым традиционное русское имя выглядело довольно забавно. Несмотря на то что он не был одарённым, почтенный Горазд пользовался огромным уважением у преподавателей и студентов Академиума — прежде всего за глубокие познания и незашоренность мышления. Я и сам с огромным удовольствием слушал его лекции — впрочем, только исторические. Заучивание дат я никогда не любил, и летописание нагоняло на меня скуку. Хотя Сагал и настаивал, что именно летописание и является собственно наукой, которую стоит изучать, а об истории с лёгким презрением отзывался как об искусстве придать наукообразие своим фантазиям.
Сегодня Сагал решил рассказать нам о взаимоотношениях Высших и богов — теме, которая меня всегда интересовала, и о которой мне до сих пор не удалось узнать ровным счётом ничего.
— Хочу вам сразу сказать, — объявил Сагал, — что по этой теме даже нам, преподавателям Академиума, известно чрезвычайно мало. Наши знания базируются большей частью на крупицах фактов, домыслах, обмолвках и тому подобных источниках. Ни Высшие, ни тем более боги совершенно не стремятся поделиться с нами хоть какими-то знаниями. Хотя у некоторых из вас есть шансы получить и реальные сведения. Да-да, Арди, я имею в виду вас. Хотел бы я поменяться с вами местами!
— Я спрошу у мамы, почтенный, — вежливо отозвался я, — но не думаю, что она согласится на обмен.
Горазд похихикал.
— Ну ладно, вернёмся к теме. Мне, как учёному, претит пересказ догадок и слухов, но вы, как будущие Владеющие, должны иметь об этом предмете хоть какое-то представление. Так что мы с вами посвятим наше сегодняшнее занятие пересказу мифов и легенд, хе-хе.
Итак, мы знаем, что Высшие начали проявлять себя в период примерно от 6400-го до 6700-го года. Нам неизвестно, что было до этого — возможно, они не хотели вмешиваться в дела людей, а может быть, Сила не позволяла Владеющим тех времён возвыситься. Мы можем только гадать об этом. Но когда Высшие вышли на сцену, они немедленно вступили в жёсткое противостояние с богами. Интересно заметить, что обе стороны отрицают, что какое-то противостояние имеет место, и предпочитают делать вид, что другой стороны попросту не существует. Для того чтобы понять суть этого конфликта, нам необходимо остановиться на роли богов в человеческой истории. Впрочем, я здесь выразился слишком неточно. Роль богов чрезвычайно сложна и разнообразна, и мы о ней знаем совершенно недостаточно, чтобы иметь хоть какое-то основание об этом рассуждать.
