— Итак, почтенный, — начал я разговор, интонацией подчёркивая неприязнь к собеседнику, — прежде чем отдавать своим людям конкретные приказы, я хотел бы сначала услышать ваши объяснения.
— Объяснения чему, господин Кеннер? — судя по тону, я собеседнику тоже не приглянулся.
— Объяснения вашим агрессивным действиям по отношению к семейству Арди, — уточнил я.
— В первый раз об этом слышу, — отказался он.
— Вы напрасно пытаетесь это отрицать. Ваш человек угрожал убить доверенную служащую семейства Арди и поджечь её квартиру, и я не вижу причины сомневаться в её словах. Кроме того, есть и другие свидетели, которые получали от него аналогичные угрозы.
— Это его личная инициатива, я здесь ни при чём.
— Этот человек — ваш поверенный, законно представляющий ваши интересы. Его слова — это ваши слова, вы за них полностью отвечаете. Превысил он свои полномочия или нет — меня совершенно не интересует. Итак, я жду объяснений.
Собственно, его объяснения мне не требовались, Кельмин достаточно подробно доложил о сути дела. Семья Матисовых владела алхимическим производством, расположенным рядом с домом Миры. Предприятию было остро необходимо расширить территорию для новых цехов, и они купили дополнительный участок, но дом Миры, стоящий немного наособицу, при этом оказывался слишком близко к заводу, а по уложению «О сбережении природы» алхимические производства не могли располагаться ближе ста саженей от жилых помещений. Матисов рассудил, что расселение маленького дома в восемь квартир слишком затратным не будет, а если жильцов как следует запугать, то можно отселить их в какой-нибудь клоповник, и это выйдет совсем дёшево. Будучи законченным жлобом, другие варианты он даже не рассматривал.
— Я ему таких указаний не давал, — упрямо отозвался Матисов.
— Тем не менее по закону вы полностью отвечаете за его слова и действия. Похоже, с законами вы не посчитали нужным ознакомиться. Но это никого не интересует. Ignorantia non est argumentum[17].
Матисов мрачно молчал.
— Понятно, объяснений нет, — резюмировал я. — Поговорим о другом. Как мне доложили, у вас отсутствует договор протекции. Почему?
— Предпочитаю обходиться без протекции.
— И у вас не случается никаких неприятностей? — удивился я.
— Случаются изредка, но они обходятся мне гораздо дешевле, — Матисов поднял глаза и взглянул на меня прямо. — Я понимаю, что вы хотите навязать мне протекцию. Так вот, у вас это не выйдет — я не собираюсь платить неизвестно кому неизвестно за что.
— Хорошо, — согласился я. — Раз вы так непримиримо настроены, я не буду вам ничего навязывать. Вопрос о протекции снят. Давайте в таком случае решим нашу с вами проблему и мирно расстанемся.
— И как вы собираетесь её решить? — насторожённо спросил Матисов.
— Раз уж наше семейство оказалось замешано в это дело, я прослежу за процессом расселения. Я понимаю, что расселение дома вам необходимо, но оно будет происходить по доброму согласию, и права жильцов будут полностью соблюдены. А что касается Миры Дорн, то вы заплатите ей тысячу гривен в качестве извинения.
— Это неприемлемо, — немедленно возразил Матисов. — Я не собираюсь ей ничего платить.
— Вы что, решили, что я с вами торгуюсь? — поразился я, нажимая кнопку. — Мира, пригласи ко мне Лазовича, Кельмина и Жданову.
— Не вижу смысла продолжать наш разговор, — заявил Матисов, вставая.
— Я вас не держу, — пожал я плечами. — Если вам неинтересно, можете идти.
Матисов немного поразмышлял и уселся обратно на стул. Мы в молчании дожидались вызванных. Когда все собрались, я начал отдавать приказания.
— Станислав, направь две сотни на алхимическое предприятие Матисовых в Волотово. Руководство завода задержать для расследования, прочих служащих удалить. Обеспечить охрану предприятия. Антон, твоя задача — допросить всех возможно причастных и провести полное расследование инцидента. Есения, в случае если факты подтвердятся, подготовь прошение в княжескую канцелярию о наказании виновных и о введении княжеской опеки над предприятием. Впрочем, уже очевидно, что всё подтвердится, так что начинай готовить документы сейчас.
Пока я говорил, глаза Матисова постепенно округлялись, и ближе к концу он начал хватать воздух, как рыба на берегу.
— Это незаконно! — возмутился он.
— А вы ещё тот законник, оказывается. — усмехнулся я. — Советую вам, почтенный, почитать уложение «О праве и долге дворянском», особенно в части прав гербового дворянства. Я имею право самостоятельно расследовать преступления против подданных княжества, а в случае, если оно касается моих слуг, то и определять наказание. Определять в ограниченных пределах, но вам этого хватит с лихвой.
— Вы хотите остановить работу предприятия из-за такой мелочи?
— Я это мелочью не считаю, для меня это дело чести. Вы не захотели решить вопрос по-хорошему, значит, будем решать его по закону.
— Я согласен решить вопрос по-хорошему, — быстро сориентировался Матисов.
Я нажал кнопку, вызывая Миру.
