И сейчас его дело — давилка. Пало аккуратно снял-впитал чужой Знак. Тот был наложен, как и все здесь — криво и неумело — хоть и фонил изрядной силой. Хорошо было этому местному недовельхо паразитировать на драконьей магии. Удобно.
Паразитировать… Пало замер на мгновение — что-то было в мелькнувшей на задворках сознания мысли, что-то промелькнуло важное… но тут остаточная энергия Знака полыхнула и осыпалась кривыми дымными искрами-осколками, и он снова скривился. Вот что значит бестолковый неумеха. Даже ограничительные контуры толком не сплел — энергия Знака буквально вросла в гнилое древо двери, перекорежив доски изнутри, так что непонятно даже, как вся эта неустойчивая конструкция держалась. А если бы Знак все-таки лопнул? Полыхнуло бы — куда там эксплози! Да уж, даровая сила — не гарантия умения. Скорей, наоборот. Много силы — меньше стимул к совершенствованию, так ведь?
Воздух в сарае дрогнул, сместился и словно бы стал прозрачней, потеряв одну из магических составляющих. Факел на стене колыхнул пламенем и зажегся ярче. Маги одобрительно заворчали. Они занимались разборкой входных дверей. Никто не хотел уходить в Шаг из этой помойки — бестолковые сюрпризы придурочного недомага могли сильно исказить переход, а здешние двери на драконов не были рассчитаны.
— А еще я знаю, где прячут подготовленный к отправке товар. Вам повезло, господин, скоро торговый день, там много чего накопилось. Богатым станете.
— Чего — много?
— Кровь, кожа, чешуя, когти, — угодливо стал перечислять Чирре. — Даже сердце одно есть, целенькое! В бочонке с…
Звук куда-то исчез.
Сердце?
«Нас было пятнадцать…»
Пало ощутил, как холодеет лицо. Сердце. Сердце. Дети, проклятие!
Голос стал чужим:
— Эвки, Сауссли! Сюда!
«Сюда» рванули не только двое. Переглядываясь, к вельхо заспешили остальные. По сараю, подхлестнутые вспышкой у «человеков», снова прошли драконьи «шепотки». Они боялись, они привыкли бояться…
Товар… ох, Пятеро… товар!!!
Тот же чужой, не слишком живой голос спрашивает:
— Господин градоправитель, как драконы хоронят мертвых?
— Простите? — хорошо быть драконовером. Наверное. Годы и годы под маской невозмутимости. Даже сейчас — как лед. И голос у него свой, и бессильное бешенство не сжигает его изнутри…
— Как драконы хоронят мертвых? — повторил вельхо. — Есть у них какой-то похоронный обряд?
— Должен быть. Обычно покойных сжигают…
— Тогда так: Сауссли, Эвки, — Пало с силой потер лицо холодными ладонями, — этот так называемый товар — в болото. Утопить так, чтобы никто ничего никогда не нашел. Сердце — возьмем с собой. Похороним, когда прилетят ваши, господин правитель города, драконьи знакомые. По всем их обрядам… Согласны?
— Какое сердце? — не поняли вельхо.
— Их, что ли?
— Настоящее сердце? Похоронить…
— Согласны, конечно!
— Э-э… того, господин вельхо…
— Что?
— Я насчет топить. Тока товар топить-то? Я к тому, что живодеры эти… они что, так и останутся дрыхнуть?
— Точно! — поддержал рыжий паренек. — Невжель же никак не накажем? Ну не притопить, так хоть колданите чем али попужайте…
Воспитание вельхо и те самые высокие законы слабеют на глазах — Пало очень хорошо ощущает, как приглушенная человечья кровожадность радостно отзывается на это мстительное предложение. Да, первоначальный план трещит и расплетается по ниткам.
— Пока будете спасать малышей, разрешаю об этом подумать. Если после спасательных работ еще останутся силы и время, посмотрим.
Пара будущих мстителей переглянулась:
— Найдем ужо, — ободрила она начальство и унеслась. Топить и планировать. А Пало обновил огонек (и правда ярче стал светить» и примерился, где перебивать цепь, чтобы не повредить…
И не сразу заметил повисшую в драконятнике тишину.
— Вы и правда утопите товар? — негромко переспросил Чирре. — Он дорого стоит.
И снова голос показался странным. Эти дракончики росли у людей, заимствовали не только их взгляды, но и человеческие интонации, и обороты речи, так что не так? Что режет слух? И спустя миг маг понял: тон. Угодливость соскользнула с драконыша, как маскировочный накид, который часто носят жители предгорий, и сейчас он спрашивал спокойно и без прежних заискивающих ноток.
Испытующе.
— Сейчас я цепь сниму — сможешь пойти и сам убедиться.
— А ты и правда думал, что мы за богатством пришли? — вмешалась Ерина Архиповна. — Не веришь людям, да?
Драконыш не шевельнулся. Щурился от света, смотрел на людей. И молчал.
Меньше всего он был похож на угодника-подлипалу…
Пятеро богов!
Он думал, они тоже пришли за живым набором ингредиентов. Он правда так думал. Или подозревал… и…
— Проверял нас?
— Вы поняли? — устало спросил драконыш.
— Только сейчас.
— Злитесь?
Злиться? На что? Они и правда пытаются выжить как могут… Значит, он притворялся? А ведь и правда — хорошо притворился, талантливо.
— Не надо сердиться… — тихонечко проговорила драконочка из клетки справа. — Чирре всегда притворяется такой гадюкой. Люди ему верят, а он нас защищает…
— Ари!
— Это хорошие люди, правда, Чирре! Я вижу!
