У него получилось золото притянуть — просто так, на пробу, причем влегкую, быстрей, чем у Ритхи. У меня так и не вышло. Иначе не цеплялся бы я так за несчастный десяток монет…
Не понял.
Я что, драконий инвалид?
Я злобно сощурился — быть инвалидом, даже драконьим, у меня не было ни малейшего желания. Хватит, нахлебался уже быть бедным среди богатых и слабым среди амбалов. Достало уже синяки прятать и в статусных играх постоянно уступать право хода соперникам. Им-то новые джинсы от Roberto Cavall купить как нефиг делать — смотался в бутик и купил. Или еще круче — с папой-мамой слетал за бугор и нашопился от души. А мне, чтоб эту пафосную хрень купить, пришлось три недели на одном «Дошираке» сидеть. Очень уж не хотелось, чтоб приятели-партнеры-конкуренты меня в неудачники записали.
А сейчас снова-здорово, да?
Ничего, разберемся еще.
— Так что, прицепить тебе эту тряп… или что это у тебя?
Я представил, как буду смотреться с бывшими штанами на короне. А что, классная идея. Думаю, если меня кто из магов в таком виде узреет, то налетать на города и обниматься с башнями мне не понадобится — в сумасшедшие запишут моментально. И все. Привет, драконоловы, песец котенку… то есть дракону. Самое то для самоубийства. Нет уж, спасибо, тур на тот свет отложим…
— Не надо.
— Ну хочешь, еще куда привяжу? Или сам понесу?
Скажите, пожалуйста, какие тут все заботливые! До зубовного скрежета!
— А ты с чего такой дружелюбный? Передумал ненавидеть драконов?
Я думал — он отвяжется. Мимо. Маг разулыбался мне так, будто торговал машинами, а я притопал, по меньшей мере, за «феррари».
— Вы же мне ничего плохого не сделали, — старательно-убедительно выдавил он. — С чего же я должен вас ненавидеть? И ты, и этот, второй… к сожалению, не знаю его имени…
— Славка, — буркнул я. — А я — Макс. Максим Сергеевич Шелихов.
— О? — улыбка парня слегка потускнела. — А мое — Терхо Этку.
Он чуть подождал, будто я должен был что-то сказать, но я молчал, и он чуть неуверенно продолжил:
— Когда-то наш род тоже имел право на третье имя, но… обстоятельства сложились не в нашу пользу.
Право на третье имя? К местным заморочкам я уже чуток попривык и понял, что имена тут — такой же показатель статуса, как дома тачка и место отдыха. Даже, пожалуй, покруче. Машину, в принципе, можно и купить, если очень уж приспичило (заработать, влезть в долги, на худой конец), а вот дополнительное — это почти как дворянство. Получить трудно, носить почетно, лишиться страшно. От людей уважение. Причем чем имя длиннее, тем почетней. Максимум — пять имен, так как богов в мире всего пять, больше нельзя. У рядовых граждан — одно имя (и прозвище впридачу), у простых ставленных — два, у магов и знати три (и еще у очень богатых — те кандидаты в знать, т. к. успешны), у высшей знати четыре, у Избранного пять, причем пятое дается в момент непосредственно Избрания.
Избранный — это типа местный царь. Или король. Тут, если Эркки на этот раз не соврал, короля реально выбирают. Воспитывают трех наследников одинаково, выбирают из королевской семейки и воспитывают, а там, кто себя к двадцати пяти больше проявит, тот и Избранный. Странно, да? Правда, это опять по словам Эркки… а он то еще трепло. Интересно, где он сейчас? От души надеюсь, что его не пришибло, когда мы удирали из тюрьмы. Посчитаться очень хочется, спасибо сказать за все хорошее. Особенно за тюрьму и бабку с малявкой, которые сейчас неизвестно где.
— Больше того, если б не эта дракониха, мы могли бы стать коллегами! — тем временем разливался вельхо. — И потом, мы все-таки мужчины… мы друг друга лучше поймем, чем этих длинноволосых…
Чего-чего? Я подозрительно глянул на улыбчивого мага. Поймем, значит? Это в каком смысле?
— Даже не надейся.
— Э-э… что?
— В таком смысле — не поймем. Я вообще гомофоб.
— Кто? Ты о чем?
В удивленных глазах светилось непонимание и нетерпение: Терхо явно не улавливал, в чем именно проблема, но надеялся поскорей разобраться с ней и добраться до запланированного навешивания лапши на мои уши. Интересно, а толерантность и все такое тут тоже не в ходу?
— Объясню при случае. Надеюсь, нескоро. Так что там я должен понять?
Терхо воодушевился и понес что-то про то, как здорово будет изучить драконов по-настоящему, без предрассудков. Составить целостную картину, которая может пробить стену векового непонимания. Мол, хорошо даже, что так вышло, в смысле, что он к нам угодил. И для науки польза будет, и для нас — он-де нам поможет проскользнуть по границе. Конечно, без магии будет труднее, но он не будет пока просить ее вернуть — он, мол, понимает, что мы пока не можем противиться воле этой драконши, он понимает, что она старше и сильнее…
