– Ну тогда поехали. Первое, что хотелось бы сказать. При любой легенде, какие бы у тебя ни были козыри на руках, никогда не выкладывай их на стол все сразу, если хочешь по-серьезному привлечь внимание и заинтересовать человека. Заманивай его или ее постепенно. Всегда держи что-нибудь про запас, и каждый новый раз выставляй приманку посильней и попривлекательней. Не стесняйся при необходимости и приукрасить. Люди почему-то сильней всего верят в неправдоподобное. В то же время не напускай слишком много важности на себя или тумана вокруг себя. Это к тому вопросу, чтобы быть попроще. Самое главное, не создавай впечатления человека хитрого. Этакого ловкача, пройдохи. Это всегда вызывает настороженность. Не слишком часто мозоль глаза. Поначалу. Лучше заинтригуй чем-нибудь, а потом исчезни. Ненадолго. Отсутствие может поднять тебе цену. Старайся избегать встречаться с объектом в компании тех людей, по сравнению с кем ты явно в чем-то проигрываешь. Прежде всего, в уме. Если не можешь устроить наоборот, лучше встречайся с ним... с ней... тет-а-тет. Далее. Когда будешь готовиться к какой-либо встрече или разговору, всегда старайся заготовить один, а лучше несколько вариантов, чтобы в нужный тебе момент прекратить этот разговор или вывернуться из него как-нибудь поуверенней, если вдруг он начнет принимать неблагоприятный для тебя характер. Но все это надо делать гладко, мягко. Учтиво. Умение уходить от неприятных и опасных тем – большой талант. Самый идеальный вариант – это когда тебе удается вывернуться с юмором. С какой-нибудь шуткой. Или анекдотом. Но на экспромт здесь надеяться не надо. Самый удачный экспромт – это всегда хорошая домашняя заготовка. Никогда не будь докучным и надоедливым. Назойливым. Знай меру. Твой интерес к объекту никогда не должен переходить грань. Умей также пользоваться таким оружием, как притворное сомнение... противоречие... даже пренебрежение. По примитивной теории Карнеги, этого допускать нельзя – ты умаляешь или принижаешь значимость человека. Но для разведчика это часто бывает хорошим оружием. Оно может задеть самолюбие оппонента и подвигнуть его, чтобы из тщеславия эту свою значимость продемонстрировать или подчеркнуть, на то, чтобы открыть тебе какую-то тайну. Также не забывай, что каждый человек артист. Есть актеры бездарные. Есть талантливые. Есть великие. Последних единицы. Это те, кто не идет на поводу у публики и не опускается до ее уровня, а, наоборот, ведет ее за собой, чтобы приобщить, так сказать, к высотам искусства. Все же остальные, сознательно или непроизвольно, пытаются угодить собравшейся вокруг них аудитории, подстроиться под нее и угадать ее ожидания, чтобы соответствовать им. Отсюда вывод – если ты хочешь, чтобы человек проявил нужное тебе качество, представь дело таким образом, что, в твоем мнении, он этим качеством уже обладает, и тогда этот актер будет играть так, чтобы оправдать твои ожидания. Ну и, конечно, как учили все великие человековеды, и о чем мы уже говорили в мой предыдущий приезд, ищи в человеке его главную страсть. Главная страсть – это болевая точка человека. Его ахиллесова пята. Хотя иногда такой ахиллесовой пятой может стать и совсем другая страсть, которой ты не уделил должного внимания или которую ты почему-то решил проигнорировать. Ну и наконец, запомни и высеки в мраморе. Ничему в человеке нельзя доверять на сто процентов. Все в нем изменчиво. Все, в зависимости от обстоятельств. Кроме одной вещи – характера. Характер всегда постоянен. Поэтому, если возникают какие-то сомнения, полагайся на характер, и ты не прогадаешь. – Закончив эту продолжительную тираду, Василий Иванович поднял вверх свой бокал с остатками пастиса и кивком головы призвал сидящего напротив него сотрапезника последовать его примеру. – Все это изложено немножко сумбурно. И много из того, что я сказал, тебе и так уже хорошо известно. Но я думаю, лишний раз не помешало.
– Да о чем вы говорите. Все просто здорово, – успокоил его сотрапезник. – Вам, Василий Иванович, тоже надо какую-нибудь книгу... Или учебник.
– Думаешь? Ну ладно, вот на пенсию уйду и... А пока давай с тобой знаешь за что выпьем. За то, чтобы все у тебя на пароходе получилось. Чтобы попал ты, как говорится, а пуэн номэ[57] и проявил себя а ля отёр де сирконстанс[58]. Потому как в теории-то оно все ох как гладко. А в реальной жизни... поди, найди эту ахиллесову пяту. Попади в нее. – Чокнувшись со своим молодым коллегой, Ахаян медленно сцедил в рот остатки разбавленного анисового зелья и, подцепив ложечкой выковырянную им чуть ранее фламбированную вишню, отправил ее по тому же адресу.
На Париж снова надвигалась ночь. «Рено Меган», чей цвет уже весьма сложно было однозначно идентифицировать в разбавляемой светом уличных фонарей и отблеском фар темноте, уверенно мчался по уже освоенному им маршруту от авеню Жана Жореса, через улицу Лафайета, по направлению к центру города.
