– Знаешь, – переварив такое высказывание, покачал головой я. – Насколько я знаю, защищает твой народ только и исключительно республика. Берёт за это плату живым налогом, да – точнее, лидеры ваших деревень
Устал. Устал и перенервничал, хоть и давил эмоции во время рейда, когда они мешали. Вот и компенсирую теперь, вложив накопившиеся эмоции в “пламенный” пространный спич, который Лане, уверен, до одного места. Да, без напарника в рейде очень стрёмно, даже обычный увалень-мишка, ничуть не магический, может представлять угрозу, если подойдёт незамеченным. Вспышка, конечно, тоже умница и скорее всего не допустит подобного, но вот сообщить о чём-то, вроде как не опасном, но странном, она уже не сможет. Именно так я и Маша нарвались на группу Белых на лесной дороге в герцогстве Берг.
– Рона сейчас в Нессарии каждый день доказывает сотням людей – заметь, не только республиканцам – что эльфы ничуть не хуже людей, – решил всё-таки до конца высказать внезапно накипевшее я. До “основ психологии” я ещё не добрался – это был материал старших курсов, но земные тренера в один голос рекомендовали “не держать в себе” в том случае, если это не вредило работе и партнёрским отношениям. – Даже я, оставив тебя себе, и то больше сделал для “спасения эльфийского народа”, чем ты. Иди и подумай над тем, что я тебе сказал.
Красивая она всё-таки… И злость придаёт её лицу дополнительный шарм. А уж грудь – глаза не оторвать! Да и сзади есть на что посмотреть и есть за что подержаться. Разумеется, у меня, как у всякого нормального мужика не могли не возникать соответствующие мысли. Тем более, мы здесь, в кои-то веки, только вдвоём. Но… нет. Просто – нет. Через некоторые принципы просто нельзя переступать – даже если хочется. Именно потому что я – нормальный мужик.
– Таня, просыпайся! – разбудил я химеру. – И принимай работу. Проверь, всё нормально?
Волкоухая открыла глаза – жёлтые, в темноте загорающиеся красными огнями ночного хищника – и недоумённо уставилась на свои руки. Потом села, без малейшего смущения скинула простыню, под которой ничего не было, осмотрела свои ноги, ощупала спину.
– Ты всё заживил, – озвучила она очевидный факт.
– Если будут ошибки иннервации или какое-то неудобство, мне не сложно именно там прооперировать повторно, – мягко улыбнулся ей я.
– Напрасная трата ресурсов, – бывшая подопытная была как всегда прямолинейна.
– Лучше я потрачу лишний час или два и ещё толику силы своей Стихии, – теперь уж твёрдо ответил я. Видел я процесс “подгонки” – когда химеру будили в “полуразобранном” состоянии, и заставляли в таким виде, с висящими лоскутами кожи и обнажёнными тяжами, мышц двигаться. Не то, что меня таким зрелищем теперь можно было напугать, но впечатлений я получил по полной программе. А уж как самой оперируемой в такой момент “приятно”…
– Глупо, – Таня спустилась с лежанки и привычно, бездумно начала прогонять заученный до автоматизма комплекс тестирования опорно-двигательного аппарата. Я следил за ней визуально и через Печать. Нигде не ошибся, что характерно. Почти десять часов работы с двумя перерывами – но прыгнул чуть выше головы для аколита первого курса и нигде не налажал.
– Не глупо, – покачал головой я. – Нерационально – может быть, но не глупо – точно. Поступать человечно – не глупо.
Волкодевушка вступать в дискуссию не стала. Вместо этого выдала свой вердикт:
– Тянет слегка левое плечо и верхнюю треть спины, но приемлемо.
Ну, это нормально. Чем хороша работа с биологическими тканями и целыми органами: они до некоторой степени могут адаптироваться к новым условиям. Так что “тянущие” мускулы буквально за день-два растянутся – как новая одежда. Кстати, об одежде.
– Держи, это тебе, – я подвинул к напарнице большой бумажный свёрток.
