– Да вы из меня еще и судью здесь собираетесь сделать? – усмехнулся в ответ Рем. – Допустите до соревнований всех троих… Нет, лучше допустите до соревнований всю десятку. Пусть соревнуются сто семьдесят. Все они умеют пользоваться арбалетами, а остальное неважно.
– Как угодно мастеру, – поклонился сержант с поля и пошел объявлять результаты.
К боям с холодным оружием оказались допущены сто семьдесят воинов, что внесло некоторую сумятицу в давно разработанную сержантами систему. Но они что-то поменяли, и бои начались.
– Мечи по-прежнему деревянные, – просветил Рема Рейнольд. – Но еще прошлой осенью нам привезли некоторое количество очень хорошего дерева, которое на востоке зовут каменным. Оно очень прочное и достаточно тяжелое. Так что неплохо заменяет на тренировках настоящее оружие. Настолько неплохо, что за лето у нас было немало травм.
– Настоящее оружие не даете?
– Нет. Если честно, мастер-мечник, я не считаю никого из этого набора достаточно готовым, чтобы давать ему настоящее оружие на турнире. В пылу любой может увлечься, а воинов, умеющих контролировать свои удары столь хорошо, чтобы и победить, и не поранить соперника, среди них единицы.
– Пока можно не рисковать, лучше не рисковать, – согласился Рем.
– Первые четыре десятки, мастер-мечник, – показал сержант на арену.
За каждой десяткой следили сразу несколько сержантов. Условный укол, условный порез жизненно важных частей тела – и ты проигрывал бой. Условный порез руки – и ты должен был продолжать бой только со «здоровой» рукой, если мог.
Двадцать одновременных боев – этого было более чем достаточно для зрителей. На трибунах начался гвалт. Кто-то поддерживал своих знакомых, кто-то воинов из своей провинции. Кто-то просто кричал в экстазе, когда соревнующимся удавалось провести сложный прием или неожиданно закончить поединок.
Арена опустела через минуту после первого гонга. Бои на мечах, даже на деревянных, даже всего лишь на соревновании – короткие. Особенно если это бои тренированных воинов. Одна промашка – и ты проиграл. Противник сильнее тебя по мастерству, тебе даже кажется, что ты не совершил ни одной ошибки, – но ты опять уже проиграл. Ты решил ринуться в бой, поставив все лишь на одну успешную атаку, и ты снова – либо проиграл, либо победил. Ты попробовал поосторожничать, уйти в глухую оборону, не атаковать, чтобы не совершать ошибок, – и тут же получил несколько серьезных порезов руки, обычно у запястья, что опять же делало тебя проигравшим.
Три пары продолжали бой. Одна – потому что оба воина были излишне осторожны и не слишком опытны. Хотя оказались достаточно опытны для гвардии, но тут все познается в сравнении. В Девятой таких Рем гонял бы с утра до ночи, опасаясь иметь среди защитников слишком слабых бойцов.
Для королевской гвардии же их умений было вполне достаточно, по крайней мере для начала службы. Сейчас под личным знаменем короля было около пяти тысяч пехотинцев, а при таком количестве важнее были не индивидуальные навыки боя, а умение держать строй. То умение, которым этим воинам еще придется овладеть.
Рему было очевидно, что оба воина не выйдут даже из первого круга. Слишком много ошибок они совершали и слишком большим количеством чужих ошибок не могли воспользоваться.
Вторая пара была интересней. Один воин был со стандартным длинным мечом, второй – с копьем, скорее, даже шестом с лезвием на конце. Шест вначале оказался не по зубам длинному мечу. Вначале. Потом оказалось, что все же воин со стандартным оружием значительно опытней, и он с каждым шагом был все ближе и ближе к победе. Просто первую минуту он потратил на то, чтобы привыкнуть к незнакомому оружию противника.
Третья пара оказалась как раз тем редким случаем, на который действительно стоило взглянуть. Два длинных меча, и оба воина очень неплохо владели своим основным оружием. Настолько неплохо, что Рем с удовольствием бы сам с ними потренировался. Ничего нового он пока не увидел, но и то, как они использовали базовые приемы, смотрелось впечатляюще.
На бои давались те же две минуты. Что будет, если противники не успеют закончить, Рем не знал, но две минуты заканчивались.
Длинный меч достал воина с шестом в тот момент, когда до удара в гонг оставалось мгновение. Деревянный молот почти коснулся железного круга. Достал красиво, сделав два коротких шага вперед, спиралью обведя мечом шест и тем самым не позволяя противнику отступить. Укол подмышки руки, державшей шест, – и удар гонга. Победа была засчитана.
Сержант, который играл роль главного судьи, вышел на середину арены и после короткого совещания объявил результаты. Двум неопытным влепили поражение – обоим. Поединок опытных мечников принес им ничью. Рем посчитал решение справедливым, хотя и слабо понимал, что такое ничья в реальном бою. С другой стороны, он не сомневался, что оба длинных меча с легкостью пройдут во второй круг. Им повезло – в первом же бое встретиться с достойным соперником.
