– Привет, Эмили, это Миа со вчерашнего «марсианского» кастинга. Не знаю, что случилось, но я тебя совсем потеряла. – Я нервно хихикаю. – Может… что-то случилось, но не переживай: твои ключи и бумажник до сих пор у меня, а парковка оплачена до завтра до полудня. Так что, надеюсь, с машиной все будет в порядке. – Я молчу, не зная, что говорить дальше. – В общем, как получишь это сообщение, перезвони. В любое время. И я тебе все передам. Надеюсь, это твой действующий номер. Но если ты не ответишь, я расскажу своему агенту, что произошло, и передам ему твои контакты. Я верну тебе вещи, чего бы мне это ни стóило. – Я снова безрадостно хихикаю в тишине салона. – Это мой номер. Позвони. – Отключаюсь и хмурюсь, добавляя Эмили в список контактов.
Я все сделала правильно.
Я готовлю фахиту[30], когда приходит сообщение.
Весь день я была занята – готовилась к завтрашней встрече в «Юниверсал» с Кэтрин Майер и оторвалась от DVD, присланного из офиса Кэтрин, только чтобы ответить на эсэмэску Ника: он интересовался, не хочу ли я на этой неделе выпить кофе. Поскольку назавтра не нужно учить реплики, у меня было время сделать пометки в сценарии и проработать каждую сцену. Так что, по-моему, я полностью готова к встрече.
Телефон сигналит уже после шести вечера. Подскакиваю к нему с лопаткой в руке, наполовину надеясь, что это Эмили, и наполовину зная, что это не она. Клянусь, если б не пустая белая машина на парковке в Северном Голливуде, я бы начала сомневаться: может, я просто придумала Эмили?
Я права на вторую половину. Сообщение не от Эмили, а от Соуки: подруга спрашивает, не хочу ли я завтра днем отправиться в джип-тур – на обзорную экскурсию по особнякам голливудских звезд.
Покатываюсь со смеху от нелепости вопроса, закашлявшись от резкого запаха приправы к фахите, заполнившего кухню. Соуки слишком хорошо меня знает. Интересно посмотреть, как выглядит этот вульгарный рай для туристов. Что может быть лучше после завтрашней самой важной встречи в моей жизни, чем сидеть в джипе, слушать чепуху, которую несет гид, и глазеть на дома знаменитостей…
Я отвечаю «да» и разогреваю в духовке начинку для тортильи. Для ужина еще не время, но сегодня хочется лечь пораньше.
После еды нужно приготовить одежду на завтра, принять ванну, лечь в постель, перечитать сценарий и, надеюсь, уснуть до десяти. И утром, когда зазвонит будильник, я буду бодрой и свежей.
Наевшись и приняв ванну, выбираю для завтрашней встречи шелковую кофточку, которая подойдет под костюм оверсайз от «Ганни»[31], и туфли на шпильках. Я хочу выглядеть шикарно. Как-никак это деловая встреча. И хотя Кэтрин наверняка уже видит меня в «Галатее» в роли Элизы-кокни, я хочу убедить ее, что сумею сыграть и «Элизу преображенную».
На тумбочке гудит телефон, и я подхожу, ожидая увидеть имя Соуки.
И у меня захватывает дух. Вместо Соуки я вижу имя Эмили. Это она.
Хватаю телефон, присаживаюсь на краешек кровати и читаю.
Я долго вглядываюсь в сообщение. Первая – хоть и жуткая – мысль: слава богу, жива. Это странно, учитывая, что мне и в голову не приходило, что Эмили нет в живых, – разве что подсознательно. Поэтому я не стала бить тревогу или рассказывать кому-то о том, что произошло.
Наверное, когда происходят странные вещи, то и в голове творится что-то странное. Каскадный эффект. Наши представления о том, что возможно в этом мире, меняются в соответствии с реальностью. Но Эмили не умерла. И даже не пропала без вести. Она разговаривает со мной. За последние два дня у меня слишком разыгралось воображение. Мне просто нужно вернуть этой женщине вещи.
Я набираю ответ:
Точки пульсируют:
