К своей работе Марина относилась предельно прагматично: оклад приличный, плюс надбавка за секретность, плюс пайковые, — набегало больше, чем в любом гражданском учреждении. К тому же существовала возможность перейти из технического персонала в основной состав: инспектором секретного отдела или наблюдателем оперативной службы — с присвоением офицерского звания и резким скачком материального обеспечения. Возможность достаточно призрачная: высшего образования нет, специальной подготовки нет, а девчонок, мечтающих о карьере в ФСК, — пруд пруди!
— Если кто-то меня аттестует, буду с ним спать! — полушутливо объявляла Марина сослуживицам, и те понимали, что шуточный оттенок лишь маскирует истинные намерения товарки, да и не одна она такая умная… Но в одиннадцатом отделе с такими вещами было туго: генерал Верлинов постельных вольностей не приветствовал, начальник оперотдела Дронов тоже являлся примерным семьянином. Да у всего чекистского начальства аллергия на адюльтер — знают, что такое «медовая ловушка», не один контрразведчик на этом погорел…
Другое дело всякие «шнурки» — те лезут без оглядки, им терять нечего, но и толку с них как с козла молока. Как-то на вечеринке Марина попыталась подкатиться к новому начальнику оперативного отдела, но майор Бобриков оказался тверд как скала и сделал вид, что прозрачных намеков не понял, зато прапорщик Кирей среагировал на ее призывный настрой как самонаводящаяся торпеда, подпоил, мерзавец, завел в кабинет и трахнул, можно сказать, насильно — не кричать же, не драться с ним, бугаем…
Трахаться — охотников много, а жениться — нет никого.
Вот сейчас нарисовался лейтенант Вася Скороходов, парень вроде серьезный, но что у него на уме, попробуй узнай… Договорились сегодня в кино сходить, а там видно будет.
Рабочий день подходил к концу, Попова сдала исполненные бумаги в секретный отдел, спрятала в сейф копирку, отвернувшись к зеркалу, подкрасила губы. Сзади хлопнула дверь. Вася? Девушка обернулась. Но это был не он, а прапорщик Кирей, который по-хозяйски защелкнул замок и, улыбаясь, направился к ней.
— Соскучилась?
После того раза он неоднократно повторял процедуру, и каждый раз она ее сносила: не поднимать же скандал.
Но сейчас наглое поведение прапорщика разъярило машинистку.
— А ну пошел вон! — закричала она, представляя, что будет, если Скороходов обнаружит ее запершейся с Киреем. — Пошел вон, я сказала!
— Чего орешь… Давай по-быстрому…
Он действительно управлялся очень быстро. И если захватит, то уже не вырвешься…
Марина лихорадочно огляделась по сторонам, схватила цветочный горшок с засохшим фикусом и с размаху ударила незадачливого ухажера по голове. Глиняные черепки и комья земли разлетелись по комнате, прапорщик оглушенно застыл, и она сильными тычками соединенных рук подтолкнула его к двери, отперла замок и вытолкала в коридор.
— Будешь еще лезть, вообще башку разобью!
— А я добавлю! — к машбюро подходил решительно настроенный Скороходов. Марина поняла, что сейчас будет драка.
— Не надо, Вася, ну его к черту, идиота!
Кирей оскорбился.
— Почему я идиот?
Лейтенант приблизился вплотную.
— Сейчас объясню…
Он замахнулся, но девушка перехватила руку.
— Не надо, пойдем. — Она тащила парня в комнату, и он нехотя поддавался.
Раздосадованный Кирей вытряхивал из головы земляную пыль.
— Ты, лейтенант, не очень… Молод еще! Я в пустыне был, на боевой операции. А ты где?
— Я? Сказать, где я был? — Скороходов осекся. — Я тебе лучше другое скажу. Еще раз к ней полезешь — кости поломаю!
— Испугался… — пробурчал Кирей, чтобы оставить за собой последнее слово, и направился восвояси. Поле боя осталось за соперником. А победитель, как известно, получает все.
Инцидент с прапорщиком способствовал сближению, и вместо кино лейтенант Скороходов оказался в квартире Марины, где и остался ночевать. Поздней ночью, разморенный и пресыщенный любовью, он спросил:
— У тебя с этим Киреем было что-нибудь?
— Нет, — ответила Марина. — Лезет все время, наглый, как танк…
— Деляга! В пустыне он был! А я знаешь где был? — спросил, понизив голос, лейтенант. — Я в подземелье бомбу закладывал! Еще при Верлинове… Там такие катакомбы… Крысы величиной с собаку! А бомба то ли атомная, то ли еще какая, они дозиметром все время мерили… Я думал, у меня после этого стоять не будет!
— Ну и как он сейчас? — Мягкая рука Марины проверила, как обстоит дело. — Устал, бедненький… Может, и правда после атома? Ну, мы его сейчас полечим…
Она скользнула вниз и поймала обмякшую плоть горячим ртом.
— Только ты не рассказывай никому! Это темная история. Что они там хотели… Потом замуровали шахту — и все! А недавно узнал — Дронов тайком нас ищет. Нас четверо было, остальные уволились и разъехались кто куда… Они так и говорили — лучше подальше, а то не сносить головы. Ой… Ой… О-о-о…
Излучение атомного заряда явно не повредило потенции лейтенанта Скороходова.
