– Вот заживём-то, да, товарищи? – спросил командир у командиров боевых частей, которым он и зачитывал этот рапорт.
Товарищи закивали головами. Старпом, однако, заметил, что остаётся непонятным одно: куда складывать всё то счастье, которое на них вот-вот свалится.
– Мне их наказать, Харисыч? – спросил командир у механика.
– Не, я сам, тащ командир, своей властью!
Командир пишет на рапорте:
– Антоныч, мне их наказать?
– Не, я сам: я свою сестрёнку Лиду… ну вы в курсе.
Механик пишет на рапорте:
– А мне она зачем? – удивляется замполит.
– Подшей в отчёт с пометкой, как грамотно и витиевато провернуть дело, которое не стоит даже выеденного яйца. Пусть потомки учатся.
А дело-то как было? Ничего не предвещало беды. Выход в море на «пару неделек, буквально макнуться и обратно» растянулся уже почти до месяца и плавно перетёк в разряд нудных: задачи все сдали, пересдали и начали сдавать ещё раз, чтоб не расходовать зря ядерную энергию, но запал уже потух и у нас сдавать, и у офицеров штаба – принимать.
А осень – море тоже нудное, серое, волнуется и никого в гости не ждёт, но терпит нас, хотя и с трудом: мы же с ним не первый раз видимся. Но только всплывём, начинает ворчать и хлопать нас по резиновым бокам руками: что вы тут, мол, болтаетесь, как бельма, ну-ка внутрь, щенки, не щекочите мне шкуру! И какой бы ты ни был морской волк, а, вернее, тем более, если ты он и есть, то море ты будешь уважать и слушаться: это только у теоретических романтиков море представляется в виде ласкового котёнка, когда на самом деле море – это зверь. Красивый – да, иногда спокойный – да. Но всегда зверь. И, разозлив его, спасения, конечно, не видать. И поэтому всплывали редко: даже запасы сжатого воздуха пополняли через шахту РКП. А скучно же одним и тем же заниматься: никакого азарта и определённости будущего нет, всё уже всем понятно, а тут целая система и не работает! И пусть я узнал о ней абсолютно случайно, но узнал же, и зажгло это серу у меня в сами знаете где.
– Андрюха, – говорю командиру трюмной группы № 2, – вот мне кажется странным, что ты борешься за звание лучшего командира группы, а у тебя в твоём же отсеке не все системы и механизмы исправны!
– А я борюсь?
– Ну наверняка же, а иначе в чём смысл твоего существования, если ты не борешься? Люди должны бороться!
– Это кто сказал? Ленин?
– Нет, это сказал Дарвин.
– А что за система у меня неисправна?
– А вот система полива растений у тебя в отсеке неисправна!
– Тоже мне система! А что, есть такая?
– Есть.
– А где она и из чего состоит?
– А вот это нам и предстоит выяснить, если ты не спасуешь, конечно, перед трудностями и препонами неизвестности!
Так и не решив, с чего начать изучение, мы отправились к Антонычу – если кто и знал про эту систему, то только он.
– Вам что, заняться нечем?
– Ну у нас по плану…
– По какому плану, кто его утверждал?
– Ну по плану занятий, Антоныч, вы же и утверждали!
