– Во-о-о-от, – говорит командир, разворачиваясь к замполиту, – этожыгагарин!!! Нашей дивизии!!! Его на герб можно рисовать, рядом с дельфином!!! И то!!! И то я его не уважаю!! А ваш придурок ПДА не носит, потому что оно ему бедро натирает!!! Бедроблять!! Натирает!!! ПДА!!! Да я его на первой же отработке в бассейне УТК утоплю, чтоб он мне дух боевой не подрывал и звание офицера не позорил!!!
– Это неконструктивный разговор, товарищ капитан первого ранга!
– Да!!! – радостно соглашается командир. – Это сермяжная правда сурового подводного быта!!! Мы же Родину!!! Родину бережём!!!
Но один раз и от Вовы случилась польза, неожиданно для него самого.
УПАСР – это такая служба при штабе флота, которая занимается поиском и спасением кораблей в морях и океанах. На моей памяти никого они не спасли, но всегда участвовали в проверках штабом флота и были проверяющими с самыми широкими полномочиями. Флагманский ракетчик, например, проверял ракетную боевую часть, флагманский доктор – медслужбу, а офицеры УПАСР проверяли всех членов экипажа без разбора и жалости.
Накануне очередной проверки собрали нас на инструктаж, застращали всех вусмерть, и в конце командир говорит:
– Упасранец приедет новый какой-то. Недавно перевёлся с Камчатки и имеет классовую ненависть к Северному флоту. Особенно люто ненавидит замполитов.
– Наш человек! – резюмирует механик.
– Ваш-то ваш, но Вову своего спрячьте куда-нибудь, чтоб он на него случайно не наткнулся. Вова, ты понял?
– Понял, товарищ командир!
– Нет, Вова, ты нихуя не понял! Не под одеялком в каюте спрячься, а как положено. К трюмным подойди, пусть они тебя под компрессором тряпками завалят, или к турбинистам, пусть они тебя под кожух турбины засунут. Не опозорь, Вова, мою седую лысину! Настоятельно тебя прошу, Вова! На-сто-я-тель-но!
Во время проверки меня как штатного бездельника электромеханической боевой части назначили в сопровождающие к этому упасровцу. Мол, всех тут ебут, а ты сидишь и в носу ковыряешься. Нечего тут. Ходим с ним по кораблю, он то одного словит, то другого – всех опрашивает, как минуты по вдохам считать, заставляет показывать, как дизель-генератор запустить, и всё такое. Подготовка у нас по борьбе за живучесть была на высоте, как я уже писал, поэтому упасровец ходил грустный – никакого криминала накопать не удавалось. Он было обрадовался, когда мы пришли в пятнадцатый отсек, и там нас встретил матрос-дагестанец по имени Темир. Темир, конечно, по-русски разговаривал плохо, но натаскан был командиром отсека, как пёс. Он показал проверяющему, как правильно шлюзоваться, как выносить буй-вьюшку, и рассказал, на каких муссингах сколько минут нужно сидеть для декомпрессии. В конце его доклада проверяющий стоя аплодировал всеми своими ладонями. Я уже было расслабился от такого оглушительного успеха, но тут в отсек с песенкой «Шаланды, полные кефали» зашёл Вова. Вова шёл прятаться в КШР (кормовую шлюзовую рубку), он же там был один раз за всю свою полугодовую службу и поэтому резонно полагал, что разумной жизни там не водится и он с комфортом там отсидится. Дурак он, что ли, под компрессором лежать? Увидев проверяющего, Вова на секунду перестал улыбаться, но потом резко развернулся и попытался сбежать.
– Пага-а-адите-ка-а-а, – схватил его проверяющий за рукав, плотоядно глядя на бирку «ЗКВР БЧ-5», – а кто это у нас тут такой красивый ходит?
– Заместитель командира БЧ-5 по воспитательной работе! – понуро доложил Вова.
– Это был риторический вопрос, я целый капитан второго ранга и читать умею!
Целый капитан второго ранга достал из кармана секундомер и начал его заводить:
– Включиться в ССП!
ССП – это спасательное снаряжение подводника.
Оно состоит из гидрокостюма СГПК, дыхательного аппарата ИДА-59М, и предназначено для самостоятельного выхода из затонувшей ПЛ с глубин до ста метров. Подводник должен самостоятельно уметь надеть гидрокомбинезон, зажгутоваться (в резиновых рукавицах) и включиться в дыхательный аппарат. Норматив был то ли четыре, то ли пять минут, но мастера у нас включались за полторы-две. В отличие от дагестанского матроса Вова не умел включаться в ССП не то что на время, а вообще. Поэтому Вова начал стесняться:
– Ну тащ капитан второго ранга… Ну я же замполит… Ну может… ну вот если…
– Да хоть гваделупская богоматерь, вашу мать! Вы же подводник! Вы же офицер! Немедленно прекратить позорить военно-морской флот и включиться в ССП!!!
– Вова, – шепчу Вове, – включайся по-хорошему, а то пиздец тебе будет.
– Время пошло! – щёлкает секундомером проверяющий.
