Наблюдая за тем, как его бывший командир и друг Дорофеев изо всех сил плывет к американскому фрегату, Полундра подумал, что украинцы делают глупость, не спустив сами моторную шлюпку и не отправившись в погоню за пловцом. Иначе тот уйдет к американцам, и тогда его никакими средствами не выманишь. В отличие от татар украинский пограничный катер американцы обстрелять не решатся, это уже было бы международным скандалом. Не посмеют они и воспрепятствовать захвату Дорофеева – вплоть до того момента, как он коснется борта корабля, Дорофеев считается находящимся на территории Украины, и американцы не имеют права мешать его задержанию.
Однако украинский катер всерьез занялся татарами. Прилепившись к скале по горло в морской воде, Полундра видел, как украинские моряки вытаскивают татар из катера, надевают им наручники и тащат на палубу своего судна. Затем пограничники тщательно обыскивают катер, наверное, на предмет боеприпасов. Потом берут катер на буксир. Тем временем Лешка Дорофеев был уже у самого ракетного фрегата под звездно-полосатым флагом.
Как ни далеко находился Полундра, но он все же видел, как Лешке Дорофееву с американского фрегата спустили шторм-трап, как он взобрался по нему, как кто-то из моряков принял у него черный мешок, а другой, судя по всему, очень высокопоставленный морской офицер, фамильярно похлопывает его по мокрому плечу, приветливо улыбаясь, о чем-то расспрашивает, затем ведет с собой куда-то внутрь палубных надстроек. И весь этот радушный прием происходил практически на виду у украинского сторожевого корабля, который тем временем взял курс на американский фрегат.
Полундра решил, что ему больше нечего торчать здесь. Он оттолкнулся от скалы и широкими взмахами поплыл в сторону Балаклавской бухты. Спецназовец решил, что до завтрашнего утра корабли вряд ли выйдут в море, такое не в характере американцев. Ему же там, возле них, раньше темноты все равно делать нечего. Старлей был так измотан погружениями и борьбой со своим бывшим командиром и учителем, что нуждался в отдыхе, хотя бы самом кратковременном.
Едва украинский сторожевой катер приблизился к американскому фрегату, с борта гостя тут же свесился шторм-трап, а над ним возникла любезно, по-американски улыбающаяся физиономия вахтенного, приглашающего украинских пограничников подняться на его корабль.
– Мы очень рады приветствовать доблестных украинских моряков-пограничников! – прочувствованным тоном проговорил вахтенный. – Для нас большая честь – принимать вас на нашем судне.
Командир украинского сторожевого катера прекрасно понимал английский, чтобы расслышать не только формальный характер всех этих разглагольствований, но и скрытую иронию в голосе говорившего.
– Мы только что наблюдали, – заговорил на безупречном английском командир украинских пограничников, – как на ваш фрегат поднялся из воды какой-то человек.
Лицо вахтенного тут же приняло озабоченно-участливое выражение.
– Уверяю вас, вы ошибаетесь! На наш фрегат никто не поднимался!
– Но мы видели это своими глазами! – возразил украинский пограничник. – Мы подозреваем, что это был гражданин Украины, и в данном случае речь идет о незаконном пересечении границы.
– Вы ошибаетесь! – с еще более сокрушенным видом воскликнул вахтенный. – Повторяю, на наше судно никто не поднимался.
– Вы в этом уверены?
– Абсолютно!
– Тогда позвольте нашим людям осмотреть корабль!
Лицо вахтенного выразило бесконечную скорбь.
– Очень сожалею, – проговорил он, – но это невозможно! Мы военное судно, а не гражданское. Досмотр его гражданами других государств может быть разрешен только на самом высоком уровне.
– Однако вы находитесь в украинских территориальных водах!
– Это не имеет значения! – спокойно возразил вахтенный. – Мы не можем дать вам разрешения на досмотр фрегата. К тому же мы считаем его совершенно бессмысленным. Повторяю, на наш фрегат никто посторонний не поднимался.
– Тогда за каким чертом гнались вон те люди? – потерял терпение пограничник. – И обстреливали, спрашивается, кого? И надувная лодка чья вон там сгорела?
Он указал на бензиновое пятно, колыхавшееся на поверхности воды.
– Происхождением бензиновых пятен занимаются экологи, – с печально-озабоченным видом ответил вахтенный. – Пятна – это не наша компетенция. А что касается людей, пытавшихся прорваться на наше судно, то мы очень рады, что вам удалось захватить их. Надеемся, вы сумеете выяснить, кто эти люди и что им было нужно.
Украинский офицер испытывал огромное желание заехать кулаком прямо в это печально-озабоченное и сочувственное лицо вахтенного. Впрочем, умом он понимал, что на его месте вел бы себя точно так же. Поэтому он повернулся и, ни слова более не говоря, стал спускаться по шторм-трапу обратно на свое судно.
– Ну вот и дождались, Николай! – Замначальника штаба флота каперанг Леденев хлопнул своей тяжелой рукой по крышке стола. – Вот тебе и происшествие в Балаклаве. Говорил же я тебе, что не нравится мне все это. Неспроста американцы свои корабли сюда к нам пригнали! Вот, пожалуйста!
