Тут, как будто, услышав эти слова и решив продемонстрировать Сереге свои возможности, тварь одним стремительным прыжком пересекла лоджии двух квартир, оказавшись сразу метрах в двенадцати дальше и разбив одну из секций витража, на который она опиралась. Потом быстро по паучьи двинулась вверх по стене. Еще звенели, разбиваясь об асфальт осколки стекла, а она добралась до открытого окна на последнем этаже и, как-то немыслимо сжавшись в подобие шара, исчезла в темном проеме.
- Меня в этот дом в гости не зовите. Не приду, - пробормотал Леший, прижимаясь спиной к стеклу остановки и облегченно сползая вниз.
- Да, про такую херню мне еще никто не рассказывал. - продолжил он. - Нет предела совершенству...
- Может их пора уже как-то каталогизировать? - предложил я. - Типа - бестиарий нашего городка.
- Я кино смотрел, называлось вроде "Отвратительные твари и где они живут", - сказал Серега, выглядывая за угол.
- Фантастические твари, - поправил его Леший. - И как эту назовем?
- Тут без вариантов. Спайдермэн! -ответил я.
Леший снова посмотрел на меня, как первый раз, и спросил.
- Егор, а тебе что, совсем не страшно?
- Страшно. - соврал я, - Но не совсем...
***
- Да-а-а, вот это подстава, - ошарашенно протянул Серега, когда мы без происшествий добрались до площади и оказались у цоколя бело-синего многоэтажного здания, того самого к которому стремились. - Бывают в жизни злые шутки...
- Сказал петух, слезая с утки, - машинально продолжил я.
Незадымляемая лестничная клетка с переходными лоджиями, с которой я должен был осматривать окрестности, присутствовала. Красиво уходила синенькими ограждениями в туманную небесную перспективу. Вот только присутствовала она с северной стороны здания, а не с южной, откуда открывался бы вид на Шестерочку.
- Блин, не могли с другой стороны сделать, чтоли? - спросил Леший.
- Инсоляция, - запоздало вспомнил я, - Квартиры должны максимально освещаться солнцем, поэтому лестницы почти всегда смотрят на север.
- Соляция - хуяция! Что теперь делать-то? - сказал Серега. - Сейчас поднялся бы по-тихому этажа до шестого, глянул бы, да назад. А теперь что, в квартиру лезть?
- В квартиру - не вариант. Однозначно. Там разные спайдермэны обитают, - ответил Леший, рассматривая соседние здания, - Может куда еще залезть?
- Борода по ходу специально все так устроил. Он же - хитрожопый, все заранее рассчитал, - сказал мне Серега. - Наказать тебя хочет, в назидание другим.
Я помолчал, подумал:
- А зачем вообще наверх лезть? Сюда же низом дошли и ничего. Можно и дальше также - потихонечку.
- Мы шли - все просматривалось на все четыре стороны метров на триста, а ты на площадь глянь, сад камней, бля...- ответил Леший.
Я повернулся в сторону "самой большой площади Европы", по неофициальному мнению местных жителей, и присвистнул. Последний раз я здесь был, еще когда с неба светило солнце, а по улицам ездили машины. Тогда площадь Фрунзе представляла собой квартал метров пятьсот на триста, по углам которого были расположены четыре прямоугольных сквера. А огромный асфальтовый крест между ними с одной стороны был занят массивным зданием театра Оперы и Балета, а с другой стороны открывался в сторону Реки. То есть длинная перекладина этого креста была ровной пятисотметровой полосой, по которой 9 мая, в три ряда шли танки и прочая бронетехника, а по краям стояли трибуны. И Шестерочка, находящаяся прямо напротив нас на другой стороне, просматривалась бы отсюда очень даже хорошо. Особенно в бинокль.
Сейчас картина была немного другой. Скверы разрослись метров на пятьдесят в высоту и выплеснулись за ограждения еще метров на двадцать с каждой стороны. Непонятно, что это были за деревья, листьев на них не было, только густое переплетение идеально ровных, ломаных ветвей, утончающихся в конце, а в центре, сливающихся в непроглядную темно-серую массу. Я вспомнил слова Бороды о Волосатых и подумал, что, наверное, лучшего места жительства для них действительно не найти. С асфальтом тоже было непросто. Вместо него была мешанина ям, траншей, каналов и стен. Словно арктический рельеф, полный неровных ледяных торосов, айсбергов, и впадин. Настоящий лабиринт, вслепую преодолевать который решился бы только сумасшедший. В любой момент из-за любого угла, которых было немеренно, может выпрыгнуть кто угодно, пискнуть не успеешь.
- А почему с другой стороны нельзя было подойти, чтобы вот эту всю красоту обогнуть? - спросил я у Лешего.
- Егор, ты здесь сколько тусуешься? Месяца два? - резко спросил Леший. - Если бы можно было - подошли бы, не переживай! Только нельзя! Наш маршрут, между прочим, тоже немалой кровью проложен, поэтому не вякай, когда старшие дело говорят!
Я смущенно замолчал. Серега, недавно подозревавший Бороду в тайных манипуляциях, тоже потупился.
- Ладно, лезть все-равно придется, - немного успокоился Леший. - Только полезу я. Этажа до пятого, там может квартирку какую присмотрю поспокойней...
