Легенда о том, как польская панночка украинского казака полюбила. Лютое время было. Речь Посполитая и Украина воевали. Резали, жгли, насиловали, целыми деревнями вырезали и скот угоняли. Атаман украинский с панночкой позабавился да бросил, весточку ей прислал, что женился на другой.Исторические события взяты лишь для художественной красоты сюжета и лишь потому что бередят воображения автора.
Иван всматривался в полумрак, стараясь не показывать вида, что заблудился, и проклятая дорога или усталость играют с ним злую шутку. Он смотрит в карту, едет по четко указанному маршруту, и Паулина видит пунктирную линию, но машина постоянно выезжает в одно и то же место. К дубу со сломанной веткой и ободранной корой. Девушка это сразу поняла, едва они второй раз мимо массивного могучего ствола проехали.
Где парень уходит от намеченного пути и делает круг, она никак не могла понять, сколько сама ни всматривалась вдаль и на дорогу, освещенную фарами. Поля, эти места и сама неплохо знала. В детстве к бабушке в деревню приезжала, пока та в город к ним с мамой не переехала.
В Соборском лесу и у озера часто бегала с ребятишками, пока Андрейка соседский не утонул, тогда и запретили им здесь гулять. Места гиблые – так старожилы говорили. Но кто в это поверит? Молодость вообще веры не знает и страха не ведает. Молодость верит лишь в собственное бессмертие. Вот и Поля не верила, но в жизни иногда случается то самое…страшное и необъяснимое, когда вера вместо двери в окнах стекла со звоном ломает, чтоб изрезать вашу самоуверенность на куски, иногда вместе с плотью.
Иван снова сделал круг и стиснул челюсти, а Паулина подумала, что, если так пойдет и дальше, им придется заночевать в лесу и только утром заново искать дорогу. Почему-то эта мысль ей ужасно не понравилась. Даже холодок вдоль позвоночника пробежал.
– И куда дальше ехать? – девушка растерянно посмотрела на нового однокурсника, сделавшего уже несколько кругов по лесной дороге на взятом в аренду стареньком «Рено», но так и не выехал на трассу, которую они видели на карте.
– А он с географией не дружит, видать, не туда свернул.
Ребята сзади рассмеялись. Владек бренькнул на гитаре похоронный марш. Снова раздался хохот. Только Паулина не смеялась. Не нравилось ей все это. Казалось, что-то нехорошее вот-вот случится.
– Зато я дружу с географией. – сказала она и обернулась к ребятам сзади, – Смешно вам. Нехорошие места здесь. Бабка моя говорила, что ночью в Соборский лес лучше не заезжать и у озера не гулять. Может, поэтому мы никак выехать не можем. – тихо добавила девушка и снова посмотрела на парня за рулем. С виду спокойное лицо Ивана заставило и ее перестать хмуриться. Паулина откинулась на спинку сидения, украдкой поглядывая на однокурсника, который опустил стекло и положил локоть на окно. Как же он отличался от других ребят – молчаливый, но как слово скажет, так и простреливает током тело. А если посмотрит, то тут же дышать трудно становится. Взгляд у него свинцовый, тяжелый, и в то же время с ума сводит и волноваться заставляет. Он перед самой поездкой появился. Поля в библиотеке университетской его встретила. Сказал, что как раз конспект пишет и заметил в ее руках старые газеты. Так и познакомились. Паулина о нем потом каждый день думала-мечтала. Как новый семестр начнется, и они на лекциях встречаться будут… а больше думала о глазах его серых с ресницами черными длинными, девчачьими, и о скулах широких, выступающих, и о губах сочных.
И когда пришел к ней в общежитие перед отбоем про деревеньку родную спрашивать, у нее сердце быстрее забилось – запомнил, как она в библиотеке рассказывала, что у нее родня отсюда.
– Ооо…страшилки начались. Как интересно. Поль, а Поль, а бабка твоя, правда, ведьмой была? Или враки это?
– Да замолчите вы. Расскажи, Паулин, что бабушка говорила? Почему места нехорошие? – спросила рыжеволосая Вера и ткнула Ежи в бок локтем, чтоб тот перестал ржать.
Паулина быстро оглянулась на друзей и пожала худыми плечами, отбрасывая черную косу на спину.
– Не знаю. Она говорила, что пропадают здесь люди, как в бермудском треугольнике. Жила здесь неподалеку. Они в этот лес, как и другие местные, избегали ходить.
– Ну да, а в болоте-озере затонул Титаник. Здесь леса того – метр на метр. Тоже мне треугольник.
– Очень остроумно! – перекривляла его Верочка и тряхнула роскошными длинными рыжими волосами. Ежи тут же притих и глаза отвел. – А чего пропадают? Рассказала?
– Нет. Нельзя рассказывать, чтоб лихо не накликать.
– Ясно, суеверия-шмуеверия, – Вера поджала губы, закатывая глаза и корча недовольное лицо. Ежи опять хохотнул.
– В прошлом году турист исчез и не нашли его. Всё озеро прочесали.
Задумчиво сказал Владек, вытащив наушник из уха. Все уставились на него.
– Это ты откуда взял?
– А он просто дома остался, – снова раздался хохот, и в этот момент машина несколько раз фыркнула и резко остановилась.
– Нет. Он и правда сюда поехал. В газете прошлогодней прочёл, когда про озеро это информацию искал. Что за…
– А что там?
Иван напряженно смотрел на торпеду, поворачивая ключ в зажигании, но машина упорно не заводилась. Этого только и не хватало. Теперь скажут, что он и тачки выбирать не умеет, не только маршруты. А это она, Поля, его привела в компанию, когда в последний момент Алик заболел и отказался ехать.
– Не знаю. Она просто не заводится.
– Ну да, ну да. А если б взяли тот джип, все б завелось.