На удивление старик вёл разговор без колкостей, поэтому я не подначивал. Если собеседник ведёт беседу нормально, каким бы человеком он ни был, я практически никогда не стану его провоцировать первым. Тем более раз уж старейшина так спокойно разговаривает, то у него и без меня настроение хуже некуда. После того, как он ушёл, я немного посидел в одиночестве. Молча. Чуть погодя ко мне действительно зашли. Один крепко сложенный довольно-таки молодой коротко стриженный мужчина с лестницей, один из наших местных лесорубов-строителей и старушка лет 74–75 с неглубокой плетёной корзинкой на локтевой части левой руки… А я думал он соврал, оттого посетители и негодовали, видя на моём лице удивление. Между тем люди «наверху» оперативно зажгли факел, подняли решётку и спустили лестницу, чуть ли не приказным тоном сказав мне подниматься. Оставшийся рядом лесоруб видимо играет роль защитника, конечно, я ж ненароком могу напасть на пожилого безвредного человека, собирающегося мне помочь. Шутка совсем не смешная, я что, в их глазах выгляжу злыднем? Да и защитник то пусть и раза в 2 больше меня, это нисколечко не означает, что с ним невозможно справиться, не забывайте, у кого мы с Клайдом обучались военному ремеслу! С одним таким я вполне себе справлюсь!
Молча взобравшись по лестнице, сел на землю, скрестив ноги, снял грязную рубаху. С ней правда прежде пришлось слегка повозиться, завязал же рукава в узел, успевший под тяжестью руки затянуться за прошедшее время. Пока я всем этим занимался, старушка Мира, славная женщина, ей богу, одна из нескольких, кто нормально ко мне относится, не спеша нанесла на кусок уже не лопуха, марли, ага, значит в первый раз меня «укутывал» её муженёк, травяную мазь. В плане лечения она никогда не поскупится, надо будет её потом отблагодарить. Решено, как вернусь домой, соберу снасти и сбегаю на рыбалку. Навялю ей любимой рыбки. Глядя на её неспешные действия, я поневоле грустно улыбнулся.
— Всё хорошо, сынок. — Старушка сетовала. Она уже давно знает этого молодого человека и относится к нему очень хорошо, ведь она прекрасно знает, мальчик отнюдь неплохой. Поэтому сейчас, глядя на него, в глазах местной целительницы видна печаль.
— Конечно! — Юноша улыбнулся, не желая огорчать свою благодетельницу показанной ранее печалью.
— На… Что? Как? — «Не понимаю, как такое может быть, рана Риона выглядит намного лучше. За такое время эта довольно-таки большая сквозная дыра ни за что не смогла бы так зажить. Неужели кто-то вмешался? Слышала маги на такое способны, но парень то совсем обычный человек. Неужели вчера к нему заглянул один? Да, скорей всего, ведь тот поговаривают, что шатен в красивых сиреневых одеждах прогуливался по нашей деревне, а следить за ним не осмелились, вот и не знают, где именно он бродил. Наверно увидел мальчика и сжалился. Тогда я ему очень благодарна.».
— А, это? Нуу, понимаете, тут такое дело, вчера сюда забрёл маг, что проехал на тест, ну и как-то так вышло, что мы разговорились. Он заметил, что я ранен и подлечил меня своей магией, за что я ему безмерно благодарен. Благодаря этому человеку я снова могу шевелить правой рукой, — С этими словами парень приподнял повреждённую конечность и пошевелил пальцами, — видите? — ещё шире улыбнулся, положив руку на ногу. — Правда она ещё не совсем хорошо слушается, что-то лёгкое поднять думаю получится, но работать ещё не смогу. Как мне сказали в этой части теля у меня были перебиты и не было никакого шанса, что я хоть когда-либо мог бы ею двигать вообще, висела б мёртвым грузом.
— Как чудесно, — Успев перед этим аккуратно протереть вокруг повреждённого места и наложив марлю, пропитанную соком лекарственных трав и мазью, старушка уже возилась с перевязкой, когда услышала эти слова. Права оказалась. НО! Пусть оно и выглядит намного лучше, это не значит, что можно не заниматься его лечением.
Охранник целительницы молча стоял и особо не двигался, но показываемые на лице яркие эмоции выдавали всё с головой. Закончив с перевязкой бабушка Мира подала мне свежую аккуратно сложенную рубаху, старую забрала, сказав, что постирает и отштопает. Боже, ну какая же славная старушка. Хотелось ещё хоть немного с ней побеседовать, но взглянув на «живую гору», стоящую совсем недалеко от нас, медлить не стал, взяв под правую руку сменную одежду, спустился вниз. Наверняка этот новоиспечённый временный бедняга-надзиратель побежит и тот час же расскажет всё старейшине, а значит сегодня мне стоит воздержаться от самолечения. Но что сейчас меня больше всего огорчает, так это на удивление отнюдь не то, что снова останусь один в этом неприятном месте, а отсутствие чистых штанов в полученной сменной одежде, ведь с ними разобраться куда сложнее, чем с нижним бельём.
— До свидания, бабушка Мира, желаю Вам всего хорошего! — Громко произнёс молодой человек в момент, когда и без того увесистую деревянную клеть привязывали верёвками к хорошенько вбитым в землю кольям.
