Я вылезла и огляделась: разумеется, шоколадного «мерса» в окрестностях не наблюдалось. И бог с ним.
Я окинула взглядом солидное здание банка. «Женевский кредит»! Да уж, тут все отвечало современным нормам европейской роскоши: прекрасная парковка, рабатки, трехэтажный уносящийся в синее небо стеклянный параллелепипед… Что скрывается за этим синим стеклом, отражающим лишь то, что снаружи? Тайна, сокрытая за семью печатями. «Храните ваши кровные денежки в нашем банке, и все у вас будет тип-топ!»
Подняв черные очки на лоб, я вошла в банк и очутилась в просторном светлом зале, где прямо напротив входа в окошечках за стеклянной стеной приветливо улыбались девушки, одна симпатичнее другой. Я тут же стремительно направилась к служащей, которая стояла у круглого стола в центре, а при виде меня также двинулась ко мне навстречу, улыбаясь, как самой родной и близкой.
— Добрый день. Чем я могу вам помочь?
Ее улыбка была ослепительна. Я улыбнулась не менее лучезарно и покрепче закрепила свои очки на голове.
— Добрый день. Мне бы хотелось встретиться с вашим управляющим. Как его зовут — Игорь?..
— С Игорем Петровичем?
В голосе девушки проскользнуло нечто неуловимое — удивление с ноткой ревности?
— Да, именно с ним.
Она вновь улыбалась мне — на этот раз деловито.
— По какому вопросу?
Моя сногсшибательная улыбка в ответ.
— Я — частный детектив Татьяна Иванова, в настоящий момент веду следствие, в связи с которым мне необходимо встретиться и переговорить с вашим управляющим. Вы не могли бы это ему передать?
— А вы не могли бы уточнить — по какому именно делу ваше следствие?
— По делу об убийстве Маргариты Трубниковой.
Девушка на мгновение задержала дыхание — или это мне только показалось? Она тут же вновь улыбнулась и кивнула.
— Хорошо, присядьте пока. Минуточку.
И девица стремительно зацокала каблучками, скрывшись за скромной дверью в углу зала.
Мне не пришлось ждать слишком долго. Пару минут я прохаживалась вдоль длинного стола, украшенного кашпо с орхидеями, под ненавязчивыми, но любопытными взглядами девушек за столь же длинной стойкой. Две из них были заняты с клиентами, остальные предоставлены самим себе.
Наконец появилась «моя» девушка, подошла и интимно наклонилась к моему лицу.
— Игорь Петрович удивлен вашим визитом, но он ждет вас. Пожалуйста, следуйте за мной.
Мы с ней повторили ее маршрут: проход к двери, за которой перед нами открылась просторная лестница, покрытая мягкой обивкой, заглушающей шаги; два пролета и — просторный холл, третья дверь по счету, подойдя к которой, девица интимно постучала, услышала усталый голос «Да-да!», распахнула передо мной дверь и тут же закрыла ее за моей спиной.
Матовый свет, дающий отдых глазам, стильная мебель, вся обстановка — цвета индиго.
Я подошла к просторному креслу перед обширным столом и уселась в него, приветливо улыбнувшись мужчине, поднявшемуся мне навстречу.
Наверное, он хотел пожать мне руку, но так как я быстро опустилась в кресло, то и он тоже неторопливо опустился в свое, настороженно рассматривая меня большими светлыми глазами.
Первое впечатление от внешности управляющего, которого я про себя так и называла князем Игорем, было неуловимо-тревожным с привкусом паники: худощавый светловолосый мужчина, пожалуй, чересчур бледный и как будто смертельно усталый. Несколько минут мы оба молчали. Наконец он вымученно улыбнулся.
— Добрый день. Я удивлен…
— Я в курсе, что вы чрезвычайно удивлены моим визитом, — прервала его я. — Но, думаю, нам не стоит играть в эти игры. Если бы вы реально понятия не имели, с какой стати я к вам явилась, то просто не приняли бы меня.
— Разумеется, этого следовало ожидать…
Только в этот момент он словно снял с себя лишнее напряжение и немного расслабился. Чувствовалось, что все время со дня смерти Марго Игорь пребывал в страшном смятении и страхе.
Я молча смотрела на него, давая возможность высказаться. Именно в такие моменты люди готовы сообщить то, что в нормальном состоянии из них не вытянешь клещами.
И он заговорил:
— Конечно, я и сам понимал, что в нашем городке, где все на виду… Да и Инга, скорей всего, не выдержала и все вам рассказала…
Знал бы он, как мужественно держалась его Инга, ни слова не рассказав о нем! Если бы не мои всеслышащие ушки… Разумеется, я вида не показала, что никаких официальных сведений до сих пор не получала — пусть выкладывается по полной, снимет груз с души.
— Я ее не виню, кто знает, как поступил бы я сам на ее месте. Я виноват перед ней. И перед Марго…
Он на мгновение зажмурился с болезненной гримасой, но тут же вновь открыл глаза и продолжал свой сумбурный монолог:
