— Э-э-э… Спасибо, — инсектоиды… н-да, хотя с его точки зрения я таки да, «окуклился» и даже «вылупился». Так, не вспоминать о любимых таракашках бывшей Энтомы, а то ещё станет нехорошо.
Ладненько, это всё лирика, куда важнее, что будет, если мы теперь снимаем колечко?.. Выполняю действие, но ничего не произошло, по крайней мере, сигнала о потере уровня не появилось. Ещё раз надеваем, и… тоже ничего. Или у меня сгорел весь запас опыта, что маловероятно, его там ещё… ну не знаю, может быть и не на десять раз по столько же, но несколько лет непрерывного гринда — это по-любому много, а не ровно тютелька в тютельку на пять уровней. Отсюда вывод: «вам требуется более лучшее снаряжение для входа в это подземелье», в смысле, что могло, колечко дало — и более из него ничего не вытащишь. Нужно или найти что-то аналогичное, но круче, или создавать Апостола, чтобы дал ещё «+15» к пределу. Но с этим можно и потом разобраться, а пока надо бы увидеть своих Стражей… и прекрасных Стражниц, пока они себе все нервы не истрепали.
«Сообщение».
— «Стражи. Общий сбор в тронном зале», — не успел я ещё оторвать пальцы от виска, как в зале открылся портал, из которого буквально вылетела готичная лоли, а рядом, воспользовавшись Кольцом, появилась прекрасная демонесса.
— Владыка!
— Господин! — девушки рванули было к трону, но словно на стену налетели. И нет, у меня даже тени мысли не возникло, что тут виноват сбой лояльности, ибо эти лица говорили о чём угодно: шоке, пошлости, вожделении, восторге, счастье и ещё сотнях похожих эмоций, но если там и был намёк об угрозе моему организму, то выражался он исключительно в возможности коллективного изнасилования. Признаюсь, глядя на то, как жадно дамы изучают каждый миллиметр моего тела, я почувствовал себя немного неуютно. Это мягко говоря.
— Рад видеть вас, Альбедо, Шалти. Что скажете о результате моих трудов?
— Ах, — отмерла вампиресса и, подавшись вперёд, принюхалась, — это невероятно, раньше вы были Богом Смерти, но сейчас… сейчас… Оуу!!! Я вся горю!
— Господин Момонга… — отчаянно переплетая пальцы на руках, прошептала Альбедо, которую колотила крупная дрожь.
— Судя по вашей реакции, всё хорошо. Тем не менее должен предупредить, что наличие кожи и органов для меня пока не очень привычно. Я успел слишком сильно отвыкнуть от них, потому без некоторого времени на адаптацию не обойтись, — предупреждаю их дальнейшие поползновения. Пусть туалет в своих покоях я нашёл, но вот с трусами уже сложнее. Пока ты — скелет, это не сильно бросается в глаза, но вот сейчас адаптация потребуется по всем фронтам.
— Как прикажете, Момонга-сама! — на два голоса протянули девушки, одинаково опустив головы в поклоне.
Тем временем начали подтягиваться и остальные Стражи с Плеядами. Все выражали почтение и поздравляли с успехом. Фэйри была особенно рада и горда, даже чуть задирала носик и подрагивала своими крылышками — ведь обожаемый господин проверял технологию на ней, а значит, она лучше всех справилась и показала свою полезность. Судя по насупленным моськам остальных горничных, те страшно завидовали фейке.
— Итак, вижу, все собрались, — констатировал я, когда явившийся последним Марэ встал на колено перед троном. — У меня для вас несколько известий. Прежде всего, моё перерождение прошло удачно, а благодаря артефакту, основанному на особой магии этого мира, я смог перешагнуть через предел, возможный в Иггдрасиле, и вышел на новый уровень существования.
— Как и ожидалось от Верховного Правителя Назарика! Полный успех там, где другие неспособны ступить и шага! — провозгласил Демиургус, при этом вид у него был счастливы-ы-ы-ый. Так и захотелось приказать зажевать лимон, но понимание того, что подобный поступок, во-первых, будет мелкой пакостью, недостойной Владыки Назарика и прочая-прочая, а во-вторых, может сделать его ещё счастливее, меня остановило. Вместо этого я поднял руку, призывая к тишине.
— Многие из вас ранее сравнивали меня с Богом Смерти, как верно отметила Шалти некоторое время назад, однако, будем честны с собой, это был лишь почтительный титул, продиктованный личным отношением и эмоциями, но не фактическим положением дел, — выдерживаю паузу, отделяя сказанное. — Однако теперь всё изменилось. Более я не Скелет-Маг, не Старший Лич и не Оверлорд. Я переродился, и теперь моя раса — Нефилим. Нефилим, ставший Богом Смерти и Магии. Теперь это не титул, не лестные слова, а моя действительная природа, — Стражи и Плеяды, кажется, забыли как дышать, обратившись в одни большие уши и глаза, хорошо хоть без настоящего полиморфа, но ощущение от этого меньше не становилось. — И в связи с этим, — повышаю голос, чтобы немного их взбодрить, — я решил сменить своё имя. Имя «Момонга» принадлежало заклинателю-нежити из Иггдрасиля, но Иггдрасиль остался позади, а я более не нежить, и потому с этого момента моё имя будет звучать как «Зеллос».
