Мне все равно, что читать. Даже если я не буду понимать большей части текста, диковинные слова, типа "синхрофазотрон" или "метаболическое изменение", я все равно продолжу чтение и запомню эти ничего не значащие для меня фразы. Единственной вещью, которая всегда меня смущала, является отсутствие книг по истории. По какой-либо вообще истории. Любой. Любого государства. Вы спросите, откуда я вообще взяла это понятие, но в художественной литературе оно упоминается постоянно. Да большинство книг вообще написано на основе происходивших когда-то событий! Почему же у нас нет таких книг?
Школа находится в деревянной пристройке к зданию библиотеки. И пусть она не выглядит также величественно, зато она очень теплая и, что самое важное, не приходится далеко носить учебники. Обычный урок проходит так: в течение часа мы читаем главу из учебника и делаем пометки карандашом на листах. Учебников на всех не хватает, поэтому часто мы читаем тексты втроем, а иногда вчетвером. После прочтения нам дается полчаса на краткое воспроизведение прочитанного на тех же листах (с обратной стороны). После чего мы отдыхаем полчаса и идем на другую дисциплину. В школах мы учимся с шести до восемнадцати лет. До пятнадцати дети вынуждены слушать всего по одной дисциплине каждый день, без выходных, конечно. С пятнадцати лет дети мучаются от двух или даже трех разных предметов в день. А потом идут работать.
В центре площади – нашей гордости и услады для глаз, вымощенной утонченными бетонными плитами с надписями предположительно на латыни (у нас есть книги на латыни, но нет ни словарей, ни учебников), обрамленными брусчаткой, высится самое высокое здание в городе – библиотека. Здание выглядит, как собор в романском стиле с башенкой и единственно верными часами.
Чудовищно толстые резные двери как бы утоплены в множество возвышающихся арок. Вход также охраняют шесть колонн, в камень которых, казалось бы, заточены шесть смиренно принявших свою судьбу существ: длинноволосый юноша с рыбьим хвостом, сложивший крылья ящер, в позе сторожевого пса, стоящий на дыбах конь с рогом, худой мужчина с острыми ушами, закутавшийся в плащ, крылатая девушка, лицо которой скрывает капюшон мантии и удивительной красоты птица, которая кажется самой живой из всех них
. На массивных скульптурах умелыми руками загадочных мастеров из такого туманного прошлого были высечены самые мелкие детали, например, чешуя и узоры на крыльях. Возможно, эти изваяния чувствуют себя живее живых. Они так выглядят.
Библиотека всегда была порталом в другие миры. В те, которые я бы хотела, могли быть за нашими границами. И тут, наверное, следует немного рассказать об этих самых границах. На площади стоят палатки-прилавки, на которых та или иная семья выставляет свои труды. Здесь мы можем обмениваться товарами, ведь у нас нет денег: они нам не нужны.
Допустим, твоя футболка очень быстро пришла в негодность при довольно-таки таинственных обстоятельствах (так Тони пытался достать нам немного яблок и свалился с одной из яблонь: родителям мы сказали, что произошел небольшой инцидент на рыбалке), ты можешь приобрести новую взамен на игрушку, которую сделал сам или на толстую тетрадь. Вокруг площади стоят те самые серые трёхэтажки, унылой крепостью охраняющие нашу башню. Сразу за небольшими воротами находится озеро, обрамленное по правую сторону частью полей. Обширные поля увенчивает аккуратный небольшой лесок
. На пустошах поля в рассыпную построены отдельные домики. Два из них находятся на небольших пригорках, с которых открывается волшебный вид почти на всё поселение. А домики эти – из каменной кладки, с резными ставнями и соломенными крышами, открыты для жителей двадцать четыре часа семь дней в неделю. Мы не чувствуем себя хуже, оттого, что живем в «глыбах». У всего есть свои преимущества.
Теперь вы более или менее представляете мой мир. Но самое странное – не вся наша жизнь. А то, что мы не видим ничего за тем лесом, полями или пригорком. Как только кто-либо из нас пытается достичь конца поля или конца леса, то понимает, что топчется на месте: туман как бы застилает путь, пелена предстаёт перед глазами, а ты понимаешь, что не сдвинулся ни на шаг. И нет ни одной такой точки во всем городе N, в которой при попытке уйти, тебя бы не настигало чувство... фрустрации. Именно так. И да, я знаю значение этого слова.
Мне кажется, что скоро встанет солнце. Поэтому я постараюсь предельно кратко рассказать об еще одной, немаловажной части нашего существования. Семья Спленов. Вероятно, вы уже поняли, что я не описала ...грязь и смерть. По другую сторону от полей и прочих прелестей природы, на приличном расстоянии от площади находится мусорная яма, скрытая толстым железным забором. Сплены старшие ежедневно сжигают весь мусор, который мы собираем. В основном это остатки от еды и следствия уборки, старая трава и отходы производства.
