А ещё, наверное стоит вспомнить мой магический выброс, который произошёл, когда я вместе с родителями возвращался обратно домой после длительной прогулки на свежем воздухе.
«Воспоминание»
Как говорится, ничего не предвещало беды. С неба спокойно и размеренно спускались большие белоснежные хлопья снега. Вокруг витал дух Рождества и мы спокойным шагом шли по улице, усеянной мириадами ярких разноцветных огней.
А возвращались мы из парка, где совместно проводили время, всячески развлекая себя, так как мои родители смогли временно освободиться от рутины и забот о нашем бизнесе. Что неудивительно, пойти домой мы единогласно решили пешком, так как погода была весьма благоприятно настроена, да и вообще вечер выдался весьма хорошим.
И вот, мы спокойно идём по улице никого не трогаем, родители разговаривали о планах на ближайшее будущее и обсуждали насущие вопросы жизни, в то время, как я лениво, так сказать, с этакой ленцой скользил взглядом по всей улице, рассматривая разные рестораны и уже давно закрытые магазины.
Как внезапно спустя какой-то миг, я встал посередине тротуара как вкопанный и на меня, будто неудержимой волной, накатило непонятно откуда взявшееся беспокойство.
Почувствовав, что я остановился, мои родители недоумённо обернулись и мама задала насущный в данной ситуации вопрос.
— Что-то случилось милый, с тобой всё хорошо? — взволнованно спросила Джейн, в то время, как отец не размениваясь на слова просто и незатейливо, вопросительно посмотрев мне в глаза, выгнул свою бровь.
Помедлив с ответом, в попытках разобраться с непонятно откуда взявшимися чувствами, я кое-как смог выдавить из себя.
— Кхм… нет, не совсем, — с неким усилием проглотив комок, неуверенно ответил я. — Просто… странное ощущение и непонятное м-да… — позорно стушевался я под конец.
— Может быть ты просто устал, всё-таки весь день на ногах, — задумчиво и со скрытым, еле заметным беспокойством разглядывая меня, спросил отец.
Прислушавшись к себе понял, что да я таки и вправду слегка вымотался.
— Наверное, ты прав, — постепенно успокаиваясь, сказал я, как внезапно произошло сразу несколько взаимосвязанных вещей.
Во-первых, по моей спине стремительно пронёсся табун мурашек, заставивший меня едва заметно передёрнуться.
И во-вторых, по всей улице пронесся сильный порыв ветра, подхвативший пролетающие мимо снежинки, бросая их прямиком нам в глаза, да так сильно, что пришлось потратить некоторое время на то, чтобы проморгаться.
К тому же, откуда-то сверху послышался непонятный хруст, а подняв голову, я только и успел заметить, как с фасада дома сорвало далеко не маленькие сосульки, которые, набрав нехилую скорость, чуть ли не со свистом полетели в нас.
Я едва успел пискнуть и подумать, что всё, отбегался, и это точно наша конечная остановка. Но когда льдинам до нас осталось лететь примерно пару метров, у меня по телу прошла обжигающая волна тепла и в сознании словно щёлкнул тумблер.
И вот, моргнув, я вижу, как те самые сосульки разбиваются на тысячи мельчайших осколков, которых ветер благополучно унёс в дальний небосвод, куда-то вверх, где сияет благородно белоснежной синевой полная луна.
Ну, это собственно и всё, что я смог запомнить про свою, так сказать, первую практику в магии, так как почти сразу моё сознание нежно окутала подступающая тьма и я скорым рейсом «улетел» в страну грёз.
***
— Хм… незнакомый потолок, круто… — меланхолично протянул я, потихоньку рассматривая потолок, параллельно пытаясь познать и найти в нём ответы на тайны всего мироздания. Но, вскоре удостоверившись, что ему в общем-то тоже на меня плевать с высокой колокольни, попытался собраться и вспомнить, как я тут собственно оказался и «тут» — это где?
Исполниться задуманному с переменным успехом мешала головная боль и лихорадка, которую я распознал по температуре и общей паршивости состояния. Поморщившись от неприятных ощущений в руке, заметил рядом с собой капельницу и, повтыкав на неё немного, я начал скользить по, наверное… уже точно больничной палате, более внимательным взглядом. Впрочем, ничего необычного я не увидел.
На улице уже был вечер, распознанный мной по последним лучам заходящего за горизонт солнца, когда в свои права начинают вступать полноценные сумерки.
В палате была стандартная больничная планировка. Тут были две параллельно стоящие друг-другу кровати, рядом с каждой находились тумбочки, окошко, закрытое прозрачными занавесками, и настенные часы.
Убив таким макаром немного времени, я смог вспомнить события, скорее всего, уже прошлого вечера. Вот мы возвращаемся домой, где по дороге меня накрыло волнением и после я, сам того не желая, непонятно как, но с успехом смог применить для нашей защиты магию… Получив после своих фокусов нехилый такой откат, так как до сих пор чувствовал онемение на кончиках пальцев, граничащее с противным чувством опустошения напополам с сильным голодом.
