Я закатил глаза от описания Данте.
— Она стерва, которая просто маленького роста, Дэйт. Вот и все.
— Кто кому плеснул водой в лицо на вечеринке по объявлению пола моего племянника?
Я хмуро посмотрела на Данте.
— Я этим не горжусь.
— Все еще не могу поверить, что ты это сделала. — Он хихикнул. — Я давно так сильно не смеялся.
Я помню, как он смеялся, а его отец бросил на него яростный взгляд, чтобы заставить замолчать.
— Это дерьмовая ситуация, вот и все.
Харли вздохнул.
— Вам нужно разобраться во всем, Лана.
Когда-то я ненавидела это прозвище, потому что оно напоминало мне о Дэмиене, который дал мне его, но теперь все называют меня так. Веснушка единственное прозвище, которое зарезервировано только для Дэмиена.
— Почему я должна что-то решать с э-э, Харлз?
— Потому что Гэвин сходит с ума, пытаясь быть буфером между вами обоими.
— Она ненавидит меня, потому что я лучший друг Гэвина. У нее явно есть неуверенность в себе, с которой ей нужно справиться, если она думает, что я представляю угрозу. Брона тоже его лучшая подруга, но она не смотрит на нее и не капризничает. Все знают, что я с Дэмиеном и что я люблю его. Гэвин всегда был моим лучшим другом, и если она не верит нам, когда мы говорим ей это, то это ее проблема, а не моя.
Харли вздохнул.
— Аланна…
Я обошла братьев и направилась к выходу из вестибюля.
— Я закончила говорить о Калин Харрис, — перебила я его. — Идите проверьте Гэвина. Бедный ублюдок, вероятно, по самые яйца внутри миниатюрной сатаны.
Я услышала их вздохи, но, к счастью, они не пошли за мной. Я вышла из здания и застонала от восторга, когда лучи жаркого солнца коснулись моей обнаженной кожи. Отогнала все мысли о братьях Коллинз и Калин на задворки сознания, подходя к своей машине. Я подпевала радио по пути к дому Броны и Нико. Посигналив, когда была на их улице, я все равно вышла из машины, чтобы помочь Броне с моей племянницей и ее вещами, когда они выходили из дома.
— Джорджи, — просияла я, присаживаясь на корточки и широко раскрывая объятия, когда она, пошатываясь, направилась ко мне. — Ты становишься такой большой, детка.
Она растет на моих глазах. Сейчас ей пятнадцать месяцев, Локку почти десять, а Джаксу восемнадцать месяцев… Почти, черт возьми, два года! Кажется, только вчера мы праздновали его первый день рождения. Не успеем мы опомниться, как ему исполнится восемнадцать лет, и у любого мужчины заболит грудь от одной мысли о том, что он начнет встречаться с его дочерью.
— Яна! — Она взвизгнула, когда я подняла ее в воздух.
Яна настолько близко к Лане, насколько она может сказать, но она может сказать это яснее всех в нашей группе, так что это меня обрадовало. Я потянула ее за темно-коричневые мини-косички, и это заставило ее хихикнуть. Когда она улыбается, у нее похожие ямочки на щеках, и это единственное, что я могу увидеть в ней от ее отца.
— Ты родила своего клона, — сказала я Броне, когда она вразвалочку направилась ко мне с детской сумкой, перекинутой через плечо. — Ты это понимаешь, верно?
— Ага, — просияла она. — Остальные члены племени могут выглядеть как Доминик; я просто рада, что у меня есть тот, кто похож на меня.
— Ты возьмешь коляску?
— Не-а, — ответила она. — Мы пройдемся только от машины до кафе и обратно. Джорджи не будет против прогуляться с нами. Это будет для нее дополнительной тренировкой.
Я окинула взглядом свою подругу и сглотнула. Она огромная, и мне неприятно говорить это, потому что я знаю, что это означает, что у нее, скорее всего, будет крупный ребенок, если у нее не много жидкости. Ее живот значительно уменьшился с тех пор, как я видела ее в последний раз два дня назад, а это означает, что ребенок должен появиться на свет в любой момент. Она буквально выглядит так, будто собирается родить в любую секунду, что является безумием, потому что Кила выглядит так, будто она на пятом месяце беременности, а не на полном сроке.
— Не смотри на меня так.
Я моргнула.
— Как?
— Как будто ты боишься куда-то идти со мной.
— Но Пчелка…
— Никаких «но», — оборвала она меня. — Мы идем завтракать, или я съем тебя.
Я посмотрела на Джорджи.
— Может, нам стоит ее послушать?
Маленькая милашка улыбнулась и кивнула, как будто поняла, о чем я говорю, что заставило меня рассмеяться.
— Хорошо, давай я посажу ее в автокресло, а потом помогу тебе.
Брона не стала спорить, когда я усадила Джорджи в детское кресло, которое давным-давно купила для своей машины. Как только она была пристегнута, я подошла, чтобы помочь Броне. Она выглядела такой опухшей, но я не хотела это комментировать. Я помогла ей сесть на пассажирское сиденье, затем подбежала к водительскому месту и пристегнулась сама.
— Нико знает, что ты уходишь из дома?
Брона не смотрела на меня, поэтому я застонала, доставая телефон и набирая его номер.
— Что случилось, сестренка?
Я ухмыльнулась.
— Носитель твоего ребенка и ваш отпрыск в моей машине.
Брона фыркнула.
— Почему они в твоей машине?
— Потому что мы собираемся позавтракать, но Брона тебя не предупредила, так что я должна это сделать, чтобы ты не взорвался, когда узнаешь.
Нико хмыкнул.
— Дай ей трубку.
