Не дождавшись публикации своего ответа уважаемым московским коллегам, Эйнштейн передал свое письмо в профильный американский журнал. Через год «Новое время» откликнулось анонимным комментарием, который сводился к одному: «Неумение разглядеть империалистическое существо лозунга «всемирного правительства», скрывающего стремление к ликвидации независимости отдельных народов и государств, приводит профессора Эйнштейна к поддержке этого лозунга и вместе с тем к защите американского империализма – внешней и внутренней».
Альберту Эйнштейну не впервой было переживать кризисные, конфликтные отношения с коллегами. Что с немецкими, что с американскими, теперь вот с московскими… Ну да Бог с ними.
Тем более что нынче его куда больше заботила другая проблема, глобального масштаба – «Отношения с жителями небесных тел»
Именно так Эйнштейн вместе Робертом Оппенгеймером озаглавили свой совместный доклад правительству под грифом «Совершенно секретно».
Первые смутные догадки ученых о присутствии межзвездных кораблей в атмосфере Земли, в конце концов, признали военные как следствие экспериментов с ядерным и другим вооружением, агрессивными действиями в космическом пространстве. Мы должны быть готовы к любым контактам с представителями иных миров, даже к потенциальной колонизации нашей планеты, предупреждали ученые.
– В результате отношений с разумными существами, пусть даже не принадлежащими к человеческой расе, вполне могут возникнуть проблемы. – Оппенгеймер требовательно посмотрел на Эйнштейна. – И решение их я пока с трудом себе представляю.
– Первое, мой друг. В том, что эти существа разумные, сомнений как раз быть не может. Коль уж они способны создавать космические корабли, – у Эйнштейна было более радужное настроение, – стало быть, они в той или иной степени владеют культурой, имеют какую-то политическую организацию, с полным основанием претендуют на независимость и суверенитет, в конце концов.
– Отсюда вывод, – подхватил Оппенгеймер мысль профессора, – что следует уже сегодня всерьез задуматься о разработке международного космического права… Пусть это будет нашим первым тезисом.
– Бобби, я сейчас приглашу Элен, пусть она фиксирует основные идеи…
– Э нет, профессор, – улыбнулся Оппенгеймер. – За время работы над «Манхэттенским проектом» я уж столько натерпелся от требований соблюдения режима секретности, что, при всем уважении и доверии к мисс Дюкас, я бы предпочел делать записи сам.
