Алчность полностью

Он обнял Дионисия. Прижал его к себе. Монах попытался отстраниться, даже оттолкнуть Игната, но через мгновение перестал. Игнат прижимал брата за голову, потом поцеловал его в лоб и положил отрезанную голову монаха рядом с его телом на лавку. Обезглавленное тело монаха он усадил, прислонив спиной к стенке. Взял факел пошел к выходу. Переоделся в монашеское облачение заранее подготовленное, так как весь был в крови. Он оставлял метки по поворотам и как добрый охотник проворно шел по меткам. Через полчаса он вышел из пещеры, направился в сарай. Луна была жидкая, но даже в этом слабом свете шар из драгоценных камней светился как райское яблоко. Игнат так и прозвал сей непонятный предмет – Райское яблоко. Везти его с собой было не с руки, слишком большое. Дорога назад заняла меньше времени. Зайдя в склеп, он поставил в угол райское яблоко. Посмотрел на Дионисия, он будто устал и отдыхал с дороги. Такое спокойствие было в его позе. Так бывает, снимает уставший человек шапку и кладет рядом с собой.

– Ничего Дионисий! Не как простой монах в землю ляжешь, а как действительно Божий человек в пещере Лавровой, – говорил Игнат. После действовал механически, дверь закрыл на ключ. Ключ спрятал в карман. Взял глину и кирпичи, заложил вход. Через два часа глиной с водой замазал кирпичную кладку. Получилась стена, как будто и не было там комнаты. Чтобы оставить метку написал по свежей глине « Ипатов Игнат» и внизу « Иван Одинцов – дьяков сын». Пририсовал рядом два крестика. Собрал строительный мусор и пошел к выходу. На рассвете повозка груженная мешками выехала с боковых торговых ворот. Правил повозкой человек в монашеской одеже с четками в руках. Стражнику он показал четки с печатью Киевско–Печерской Лавры.

– Как записать батюшка? – спросил стражник.

– Инок Дионисий.

– Благослови отче, – попросил монаха один из воинов.

Благословляя, Игнат смотрел на небеса и улыбался.

– Чему улыбаешься батюшка? – спросил стрелец.

– Радуюсь! – ответил инок, а про себя подумал – лучше тебе не знать!

18

Лев Петрович не спал. Не мог он уснуть после разговора с этим господином Брусловым. Дикие и необъяснимые совпадения казались ему подозрительными. Он взял картину в руки. Попутчики спали. Он поднес лампу близко к картине и внимательно начал изучать ее. Итак, картина была необычная со всех сторон. С одной стороны, картина жуткая с обезглавленным телом, голова лежит рядом. Что это значить? Комната как келья, только без окон. Факел горящий, а он зачем? Ежели б изображалась комната, была бы зажжена свеча, а факел жгли только в подвалах или подземельях. Значить комната эта в подземелье. На это намек видимо. Одежда монаха. Значить подземелье монастырское. Глобус к чему? Непонятно. А вот свиток с писанием был непонятен для чтения, мелко больно. Он взял очки и навел, проступила надпись. « Пещеря дальняя. Одинцова сыщи». Лев Петрович остолбенел. Не веря своим глазам, он навел еще раз очки – …Одинцова сыщи… прочел он снова. Так он и есть Одинцов. Опять совпадение? Такого он не ожидал. Встретить на картине из могилы упоминание своей фамилии, а точнее однофамильца. Кто этот Одинцов и как он был связан с Ипатовым?

Лев Петрович перевернул картину, ключ был старый, медный – но обыкновенный, таких много еще осталось особенно в старых подворьях Москвы. Дальше он прочитал надпись снова.

Псалом Киево–Печерский – это наверняка указание места тайника – это просто. Дальше – …Чтит семью свою Игнат… – как можно это понять? Игнат почитает семью – и что? Возможно, это намек на то, что в Лавре был кто–то из его семьи, – подумал Лев Петрович и записал в блокнотике – узнать, кто и когда служил в лавре по роду Ипатова.

Далее –…. Чти и ты и станешь, рад…Т.е если найти родственника Игната, который был в Лавре, то это возможно поможет в поиске сокровищ. В мыслях Одинцова вдруг родилась мысль, что слово РАД – прочитанное назад – будет равно слову ДАР! – Забавная игра слов, – подумал он.

….Книга есть в семье любой…Сейчас много книг в семьях и если бы Игнат писал это в 19 веке, то найти вариант было бы сложнее. Лев Петрович выбирал бы между Французским словарем, энциклопедией – весьма популярной в наши дни и библией. Но так как писалось это в конце 15 века, то книга была роскошь и любая, видимо богатая семья имела только святое писание, библию. Значить, нужна библия. Он огляделся и увидел на прикроватном столике маленькую библию женщины соседки. Он аккуратно, чтобы не разбудить взял его.

… Там пророчества открой…– ну тут понятно сказал он, себе открывая книгу.

… Стих Исайя ты узри….

…..45 и 2 найди….

…..Третий тоже ты читай….

– Так Пророчества, стих 45 второй и третий, – прошептал про себя Одинцов, листая книгу.

Открыв нужную главу, он прочитал: